Щас тебе, гад! Сталкер прицелился и парой выстрелов в башку успокоил зверя. Из тростника, чавкая тяжёлыми ботинками экзоскелета, вышел Белый, за его спиной, страхуя командира, поводил коротким стволом МП-шки четвёртый участник рейда.

– Эй, стоп, прекратить огонь! А то нас ещё приласкаешь, – Белый оглядел поляну, – ты как там оказался-то?

– Мы с Соболем наблюдали за стаей вепрей под Вышкой, а эти сбоку выскочили. С ног его сбили. Вон лежит, – показал на тело разведчика Суслов, – а я отстреливался и вот как-то сюда запрыгнул. Сейчас постараюсь выйти.

Про арт решил пока промолчать. Слова Соболя об учёных не шли из головы.

Сталкеры занялись раненым. С таким багажом надо на базу возвращаться, на месте на ноги парня не поднять. Если не использовать прямо сейчас то гигантское Сердце. Но в голове сталкера уже зрел план. Сей арт понадобится самому!

Козёл. Изгои.

История этого персонажа похожа на цирк с конями пополам с кино про немцев. Это потом тут уже один из сталкеров так метко определил."

"Володя Козлов до 18 годов жил-поживал в Подмосковье, в городе Троицке. Хотя это Москвой считается уже несколько лет как. Всё равно посёлок городского типа. Учился на тройки, отслужил годик в армии, откуда вернулся другим человеком. ВЧ стояла в глухой сибирской заднице, охраняла сама не знала чего. Но чего-то важное. Поэтому с оружием рядовые не расставались, всё равно как на границе. Личного состава мало, офицеров больше чем солдат. Поэтому и ещё оттого, что под рукой солдата в режиме «24/7» калаш с примкнутым магазином, дедовщиной в части не пахло. Зато пахло шизофренией – по причине страшной секретности ни ТВ, ни интернета! Даже кнопочные телефоны строго запрещены. Только радио, и то ограниченно.

И Вовка пристрастился к чтению. Вот тут и зарыта та самая собака, что несла его по дальнейшей жизни не хуже трёх белых коней из старой новогодней песни. В библиотеке таёжной ВЧ с секретным номером художественной литературы не было от слова «Совсем». Но стараниями нескольких поколений безумных замполитов в комнате скопилась первоклассная подборка военно-пропагандисткой литературы СССР. Вова оказался мальчиком пытливым. Нечем заняться – будем читать. И за год перелопатил всю гору коммунистической теории, включая несколько попавшихся вразнобой книг собрания сочинений Ленина и его статьи, нашёл пыльные Сталинские произведения, преодолел тягомотину книг раннего и позднего Брежнева, в конце добрался до Манифеста Компартии, Капитала и даже откуда непонятно взявшихся там публикаций Кропоткина. Напоследок осилил переписку Ленина с оппонентами. После чего его крыша печально отчалила и больше не вернулась.

Нет, Володя не сошёл с ума. Он просто стал одержимым идеей мировой революции.