Он был капитаном школьной команды по теннису и его меньше всего волновала возможность проигрыша.

– Стоит подумать, – сказал Брюс, и улыбка заиграла на его губах. – Возможно, будет и не так уж плохо сыграть с Роджером.

– Нам нужен четвертый, – напомнила ему Джессика. – Почему бы не попросить Оливию сыграть с нами?

Брюс подозрительно посмотрел на Джессику и произнес, растягивая слова:

– Я не знаю, что ты там задумала, но мне кажется, что тебе совсем не хочется искать достойных противников.

Джессика ухмыльнулась:

– Мы же легко обыграем их, не правда ли, Брюс?

Парень покачал головой:

– Если ты хочешь играть с Роджером и Оливией, то мы будем играть с Роджером и Оливией. Но я никому не собираюсь делать поблажек.

Джессика пожала плечами.

– Поступай, как знаешь. – В душе она ликовала. – Когда будем играть?

– Во вторник после школы, – сказал Брюс. – И лучше бы ты дала Оливии несколько указаний перед этим, – добавил он.

«О, в этом можешь не сомневаться», – подумала Джессика с легкой ухмылкой.

– Прощаюсь с тобой до игры с Роджером и Оливией. – Прошмыгнула она мимо него.

«Джессика Уэйкфилд, – сказала она себе, разглядывая свое отражение в полный рост в зеркале, – можешь еще одного занести на свой счет. Оливия даже не подозревает, что ее ждет!»

6

– Тебя к телефону, Джес! – крикнула Элизабет, прикрыв трубку рукой. – Это Оливия Дэвидсон, – шепнула она сестре.

Лицо Джессики засияло.

– Спасибо, Лиз, – сказала она, беря трубку.

– Оливия! – воскликнула она, отворачиваясь от удивленного лица сестры. – Как ты?

Близнецы были внизу в уютной гостиной Уэйкфилдов и смотрели кино по новому видику, который отец купил неделю назад. Элизабет выключила звук и снова плюхнулась на диван, откуда ей хорошо было слышно сестру. Обычно Элизабет очень уважительно относилась к личной жизни сестры, но теперь она явно не собиралась двигаться с места.

«Должно быть, за этим что-то кроется», – подумала она.

Джессика и Оливия провели на вечеринке у Пэтменов большую часть времени вместе, и, казалось, Джессика слишком много внимания уделяла Оливии. А насколько Элизабет любила свою сестру, на столько же хорошо она знала, что Джессика не будет столь щедро уделять внимание кому-то типа Оливии, если у нее не будет для этого важных причин.

«Но что, – сгорала от любопытства Элизабет, подозрительно глядя на сестру, – может понадобиться от Оливии Дэвидсон?»

– Действительно? Теннис во вторник? – воскликнула Джессика, и на ее лице появилось деланное удивление. – Это звучит ужасно, Оливия! – Она слушала минуту, затем яростно затрясла своей светлой головой. – Даже не стоит об этом думать, – сказала она настойчиво. – Я сама уже лет сто не играла. Уверена, что все запустила."

"Элизабет сильно удивилась.