И в эти минуты реально лишь то, что она обнимает мать, зная, что ей необыкновенно повезло. Лишь когда за окном занялось холодное декабрьское утро, Эйприл тоже сморил сон."

"Глава 8

Благодаря таблетке, которую ей дали в больнице, Валери проспала до одиннадцати часов утра. Эйприл позвонила в ресторан и предупредила, что сегодня придет позже. После чего отправилась на кухню. Она пила чай и читала газету, когда в кухню вошла мать, она была в ночной сорочке, лицо бледное и напряженное. Утром Эйприл позвонили Пэт и Мэдди, чтобы справиться о состоянии Валери. Эйприл пообещала им, что мать перезвонит им, как только проснется.

— Как ты себя чувствуешь, мам? — спросила Эйприл. Впрочем, каким бы ни было ее самочувствие, слава богу, что все обошлось. Это — самое главное.

— Соответствующе — как будто пережила наяву ночной кошмар, — ответила Валери и, сев за кухонный стол, взяла в руки утреннюю газету. На первой полосе была фотография освобожденных женщин, которых выводили из здания. Были там и фотографии мужчин-заложников в окружении бойцов спецназа. Увидев на снимке Джека Адамса, Валери вспомнила, что это он закрыл ее собой от пули снайпера-боевика.

В газете сообщались подробности о тех, кто пострадал при штурме, и Адамс был в их числе. Он получил ранение и находился в больнице.

— Это был сущий кошмар, — подтвердила Эйприл, события вчерашнего дня до сих пор стояли у нее перед глазами. — Это был самый долгий день в моей жизни. Я вся извелась, ведь я ничего не знала о тебе, гадала, жива ли ты.

— Прости, милая. Тебе тоже досталось. Где ты была?

— В ресторане. Весь день провела в кухне, как приклеенная, перед телевизором. Вместе с Майком Стейнманом.

Это он позвонил мне и сообщил о случившемся еще до того, как новость вышла в эфир. Он узнал об этом в своей газете, примчался ко мне и не отходил от меня ни на шаг до тех пор, пока не стало известно, что ты жива. Это он довез меня вечером до твоего дома.

— Интересное развитие отношений, — удивленно выгнула бровь Валери. — Вот уж не думала, что когда-нибудь услышу о нем.

— Я тоже. Но он все-таки позвонил мне и сообщил, что ты в опасности. И после этого сразу приехал. Знаешь, несмотря ни на что, он все-таки порядочный человек. Вчера он вел себя очень достойно.

В нем есть и сострадание, и человечность. Пусть даже я больше никогда его не увижу, но мне важно знать, что он — порядочный человек.

— Что-то подсказывает мне, что еще увидишь, — сказала Валери. Чувствовала она себя ужасно, у нее болела каждая клеточка тела. Она чувствовала себя старой развалиной. — Ты слышала, что случилось с Джеком Адамсом?

— Я еще не слышала последних известий — не хотела будить тебя. Кстати, тебе звонили папа и Мэдди. Я сказала, что ты перезвонишь им, когда встанешь.