Если же попытаетесь сделать наоборот, то есть попросить меня сформулировать тот или иной пункт закона, а потом приложите его к фактам, вы можете жестоко ошибиться. Мало знать законы – нужно уметь применять их.

Она на мгновение задумалась, закусила губу, нахмурилась, а потом, словно приняв внезапное решение, повернулась к Мейсону:

– Хорошо… Выслушайте меня. Двадцать лет назад, в одном из городков Среднего Запада, я была участницей конкурса красоты. Я завоевала первый приз. В то время мне было восемнадцать лет. Победа вскружила мне голову. Я вообразила, что это открывает мне дорогу в Голливуд, в главные студии этого киногорода.

– И вы поехали в Голливуд на пробы? – спросил Мейсон.

– Да.

– И с тех пор живете здесь?

– Нет, – сказала она. – Я исчезала…

– Исчезали? – переспросил Мейсон с интересом.

– Да.

– Зачем?

– Чтобы родить ребенка, – ответила она.

На какое-то время воцарилось молчание, потом Мейсон сказал с сочувствием в голосе:

– Продолжайте, пожалуйста.

– А сейчас, – продолжала Эллен Эйдер, – газета, выходящая в моем родном городе, печатает один из тех материалов, которые так любят раскапывать провинциальные газеты: о событиях, имевших место в их городе двадцать пять лет назад, двадцать, пятнадцать…

– Понятно, – сказал Мейсон.

– И вот они хотят опубликовать историю о том, как я завоевала первый приз на конкурсе красоты двадцать лет назад. Ведь это в свое время было для города целым событием. Я выиграла первый приз, и весь городок гордился мной.

Тогда же, то есть двадцать лет назад, я поехала на кинопробы в Голливуд, но у меня там ничего не вышло. Меня возили на машине, засыпали подарками, я летала на самолете в Лас-Вегас, но все это было лишь частью коммерческой программы, а я была еще слишком глупа, чтобы понять это. Я думала, что весь мир теперь у моих ног. Что я красавица и что все люди будут преклоняться перед моей красотой.

– А потом вы исчезли? – спросил Мейсон.

– Да… Совершенно внезапно, – ответила она. – Написала своим друзьям в родном городе, что получила лестное предложение съездить в Европу. Но на самом деле ни в какую Европу я не ездила.

– Теперь я понимаю, – сказал Мейсон, – почему вам не хочется, чтобы газета извлекла ваше прошлое на свет божий. Газета знает, где вы сейчас живете?

– Не уверена… Но они наверняка узнают.

– Каким образом?

– Об этом долго рассказывать… Когда я исчезла из города, я не сообщил а даже своим родителям, куда уехала. За последние двадцать лет этические нормы сильно изменились. Сейчас умная и уважающая себя женщина может вырастить ребенка, даже если она и не замужем. А тогда это считалось большим позором – и для незамужней матери, и для ее родителей, и вообще для всей ее семьи.

А городок, в котором я жила в то время, гордился мной.