Из этого следует, что еще после девятого разговора она была менее уверена, чем после десятого.

– Отклоняю протест, – улыбаясь, заявил судья Элмер.

Гамильтон Бергер медленно опустился на свое место.

– Сейчас, когда протест окружного прокурора предупредил вас о возможной ловушке, вы можете ответить: во время девятого разговора вы были менее уверены в своих показаниях, чем сейчас?

– Ну, я не это имела в виду.

– Неважно, что вы имели в виду, – сказал Мейсон. – Я задал вам вопрос. Отвечайте: да или нет?

– Нет. Я была уверена уже во время девятого разговора.

– Тогда зачем был нужен десятый?

– Не знаю.

– И почему вы сказали, что с каждым последующим разговором становились все более уверены?

– Ну, я имела в виду именно время между девятым и десятым разговором.

– Прекрасно, мы вернемся к восьмому, – сказал Мейсон. – Вы были более уверены после десятого разговора, чем после восьмого?

– Да, – раздраженно выпалила свидетельница.

– И более уверены после пятого разговора, чем после четвертого?

– Да.

– Спасибо, – сказал Мейсон. – У меня все.

Судья Элмер посмотрел на часы.

– Обвинение предполагает представить еще новые доказательства?

– Нет, ваша честь, – ответил Гамильтон Бергер.

– Суд объявляет перерыв до двух часов дня, – заявил судья Элмер. – У меня есть небольшое дело, которое я собираюсь рассмотреть в час тридцать, но полагаю, что к двум часам оно будет разрешено, и мы сможем продолжить рассмотрение нашего дела. Судебное заседание отложено, обвиняемую препроводить к месту заключения.

Глава 12

Перри Мейсон, Делла Стрит и Пол Дрейк сидели в отдельной комнате маленького французского ресторана вблизи Дворца правосудия, где они часто обедали во время выступлений Мейсона в суде.

– Да-а, мы и прежде бывали на грани поражения, но в обеденный перерыв нам обычно удавалось концентрировать свои мысли и каким-то путем выбраться из пропасти, – оглядевшись вокруг, сказал адвокат.

– На этот раз нам не выбраться, – мрачно произнес Дрейк. – Твоя клиентка, Перри, виновна, и более того, вероятно, она заманила куда-то Амелию Корнинг и избавилась от нее. Держу пари, что в течение следующих двадцати четырех часов где-то будет найден труп Амелии Корнинг, и, когда его обнаружат, твою клиентку обвинят еще в одном убийстве.

– Ее могут обвинить в убийстве, но это совсем не значит, что она виновна, – сказал Мейсон.

– Перри, как ты можешь это говорить? Доказательства выстраиваются так дьявольски непогрешимо, что нет даже призрачного шанса доказать ее невиновность.

– Это потому, что ты смотришь на все происходящее глазами обвинения, – возразил Мейсон. – Давай лучше проделаем небольшую аналитическую работу.