А теперь, если в течение пяти секунд вы не сможете объяснить происхождение этого фонарика — только никаких возгласов со стороны суда присяжных — у вас остается три, две, одна секунда. Все, извините!

Она прикусила губу и сказала:

— Видите ли, фонарик я взяла с собой, с тем чтобы найти мою машину, припаркованную на автостоянке. Я, вы знаете, не ожидала, что мой начальник будет провожать меня до машины, а одинокая женщина не может бродить по автостоянке так поздно. Как вы понимаете, такие вещи случаются, вы же знаете.

— Значит, вы взяли фонарик с собой, когда вышли на пожарную лестницу?

— Как ни странно, я сделала именно так. Он лежал на столе, и я прихватила его, когда выходила. Ведь было же очень темно.

— Прекрасно, — сказал Мейсон, — ну, а теперь, если мы вместе спустимся вниз, вы мне покажете вашу припаркованную машину? Вот тогда все будет в порядке.

— С удовольствием, — сказала она, поднимаясь из кресла с легкой грацией, — я буду только рада сделать это, Мейсон. Вы проверите номер моей машины, мое водительское удостоверение, разрешение на стоянку, а затем, я думаю, мы завершим нашу интереснейшую встречу, не правда ли?

— Безусловно, — сказал Мейсон, — встреча с вами при таких необычных обстоятельствах — одно удовольствие. Кстати, я не знаю вашего имени.

— Вы его узнаете, увидев мое водительское удостоверение.

— Я бы предпочел услышать это прежде от вас.

— Вирджиния Колфакс.

— Мисс или миссис?

— Мисс.

— Пошли.

Мейсон первым подошел к двери, открыл ее и отступил, пропуская девушку вперед. Одарив его дружеской улыбкой через плечо, она пошла впереди него по коридору. Проходя мимо освещенной двери частного сыскного агентства Пола Дрейка, девушка сделала гримасу на лице и сказала: «Не нравится мне это место».

— Почему же?

— Детективы вызывают у меня озноб. Я предпочитаю держаться подальше от них.

Мейсон, нажав кнопку вызова лифта, заметил:

— Дрейк много работает. Это обычная работа, как любая другая. После того, как втянешься, она теряет ореол романтичности, становится обыденной. Иногда мне кажется, что Полу Дрейку его работа ужасно надоела.

— Не сомневаюсь, — саркастически заметила она.

Лифтер открыл дверь, и Мейсон, взяв девушку под локоть, вошел с ней в кабину.

— А вы делаете отметку об окончании работы в регистрационной книге?

Она улыбнулась в ответ.

— Я думаю, вы ошибаетесь, Мейсон. Поскольку детективное агентство Дрейка открыто всю ночь, люди, приходящие в это здание, не должны делать отметки в регистрационной книге.

— О, вы заходили к ним?

Ее смех выдал хорошо сдерживаемое «Конечно».

— А где, вы думаете, я была?

— Те, кто идут в агентство Дрейка, не делают отметки в регистрационной книге, — объяснил лифтер. — Они же работают двадцать четыре часа в сутки, вы же знаете.