- Ну вы задавайте, а я разберусь, - деловито сообщает она, рассматривая меня с ног до головы. - Ой ладно, вы же хотите спросить, где мой биологический отец и был ли он когда-нибудь в моей жизни. Нет, не было. Знать не знаю кто он и где. Я интуитивно чувствую, что мама об этом не хочет говорить, поэтому не интересуюсь тем, кто не интересуется мной. Вы мне нравитесь, - неожиданно произносит она. - Возле мамы всегда ошивается много мужчин по работе, но все, кого я видела, вообще не фонтан. А вы какой врач? Я как-то забыла спросить. Хирург?

- Почти. Гинеколог.

- Блин, а мама знает?! Соврите и скажите, что терапевт.

А как-нибудь потом, когда уже будете женаты, а даже лучше с большим животом – что-нибудь типа, «любимая, у меня для тебя новость, я приму у тебя роды, на самом деле я – гинеколог». Потом вы снова получите в нос, но, когда родится ребенок, хлопоты настолько вас поглотят, что мама смирится с тем, что вы ковыряетесь в чужих… женщинах. И все будет гуд.

- Во-первых, я в них не ковыряюсь. Во-вторых, твоя мама знает, что я гинеколог. В-третьих, ты, конечно, забавная, но не стоит так форсировать события.

- Вы про свадьбу и пузо?

- Точно.

- Другой бы сказал, что готов на маме жениться, хочет от нее детей, а меня уже обожает и готов удочерить, а вы – нет.

- Все? Мне тогда уходить? - вполне серьезно спрашиваю я, но вот улыбки скрыть не могу.

- Конечно, нет. Вот, если бы вы так сказали, я бы вас сама выгнала. Терпеть не могу, когда лапшу на уши вешают, как в кино. В жизни все по-другому. Я это даже в неполные двенадцать понимаю.

- Хорошо, что понимаешь.

- А у вас дети есть?

- Нет.

- Странно. А женаты когда-нибудь были?

- Был.

- Давно? - все так же деловито интересуется девчонка, заправляя за уши распущенные волосы.

Сейчас вдруг заметил, что все же есть что-то общее между ней и Леной.

- Очень давно. Почти двадцать лет назад.

- Пипец. А сколько вам лет?

- Тридцать восемь. Женился по залету на втором курсе университета. Развели как лоха.

- А залета не было?

- Не было. Я ж говорю – лошара.

- Блин, а вот и кино. А долго с ней жили?

- До окончания университета. Пять лет, короче.

- А зачем?

- Ну как это зачем, она использовала меня, я – ее. Она мне готовила и убирала, да и… я не знаю можно ли при тебе слово «секс» произносить.

- Можно, конечно. Вам ли не знать, что некоторые и в одиннадцать рожают.

- Точно, в общем его не надо было искать на стороне, очень удобно было. Готовят, убирают, ну и все причитающиеся к семейной жизни. Для студента-медика, которому все это делать не хочется, да и тупо некогда, это было прям то, что надо.

- Как интересно…

- Что именно?

- Что вы так просто и честно об этом говорите.

- Правду вообще говорить – проще. Потом не запутаешься. В восемнадцать этого не понимаешь, в тридцать осознаешь, в сорок этим активно пользуешься.

- Вы мне точно нравитесь.