- Ну я тоже хотела вчера отпраздновать твой день рождения без посторонних лиц, как, собственно, и другие дни провести без родственников, но не сложилось, так что потерпи. Да и подарки подарят. Двойные. Ну круто же. Кстати, мой подарок тебя ждет сегодня вечером, - поднимаюсь на носочках. - Я закрою тебе глаза повязкой, и ты… обалдеешь. Обещаю, - игриво произношу я, прикусывая мочку его уха.

- Подорожник потом понадобится? - усмехаясь, произносит Лебедев.

- Даже если и да, за воротами его много.

- Хорошо, что много, - в ответ на его усмешку, тянусь к его губам.

- Ну хватит вам уже целоваться, там Глеб с Соней приехали, - вмешивается в нашу идиллию Саша.

- Уже? - отлипаю от Лебедева.

- Никакого чувства такта. Еще пятнадцать минут, - бурчит Андрей, переводя взгляд на часы.

- Мне их прогнать за ворота? - хихикая, произносит дочь.

- Я – за. Гони их, Саш.

- Прекратите, - строго произношу я. - Все, пойдемте.

На самом деле нежелание Андрея встречать гостей не относится конкретно к Бестужевым. Просто в течении этих пяти дней, после возвращения в город, мы фактически не остаемся одни, все время кто-нибудь наведывается. Ни минуты покоя. Однако, мы сами являемся своеобразными виновниками такого потока гостей.

- Это свадебный съедобный подарок. Вечером съедите вместе, когда останетесь одни, - улыбаясь, произносит Глеб. - Положи пока в холодильник, - подает мне коробку, в которой явно что-то сладкое.

- То есть ты мне подарил выпечку, которую сделала твоя жена? Ты не офигел ли?!

- Я напоминаю, что ты мне на свадьбу подарила искусственную вагину и пузырьки с валерианкой. Кто из нас офигел?

- Это были нужные подарки, учитывая, начало вашего брака. А у меня все по-настоящему.

- У тебя не было свадьбы, дорогая, так что принимай в дар то, что есть.

- То есть больше подарков не будет?

- У тебя все есть. Что ты мне прикажешь тебе дарить?

- Деньги, конечно.

- Тебе все мало?

- Много денег не бывает, - ставлю коробку на стол.

- В зеленой коробочке, которую сейчас дарит твоему Андрею Соня – то, что тебе нужно.

- В зеленой, - радостно потираю руки. - Спасибо.

- Жадность до добра не доведет, Анжела.

- Я просила называть меня Лена, - вполне серьезно произношу я. Да, самой дико это осознавать, но спустя почти год, «Анжела» воспринимается как что-то чужеродное. Вроде бы привычное, но не мое. Уже не мое.

- Извини, мне сложновато перестроиться, - приобнимает меня за плечо.

- Извиняю. И я не жадная, а практичная.

- Как тебе угодно. Ты кормить нас собираешься?

- Надо посмотреть сколько в коробке денег, а потом я решу, что подать на стол.

- Разве я сказал, что там деньги? - приподнимает брови, не скрывая улыбки.

- А что там?

- То, что вам понравится.

- Ладно, пойдем. Будем жарить шашлык.

***- Все-таки прикольная у вас собачка, только маленькая, не зажать особо.