Не иначе, ожидают репрессий."

"— Беги, Форест, беги, — хихикнула рядом Светик, глядя как Тимофей Ильич неспешным шагом направился вслед за сбежавшим Снегирёвым.

— Может, не догонит? — произнёс я с надеждой.

— Догонит, — уверенно ответила мне Светик. И мечтательно добавила. — И поздравит. Ещё как поздравит.

— Светочка, а может, ты не будешь никому рассказывать о том, что услышала? А?

— Не буду, Самсонов, но не из-за твоей жалобной физиономии. Просто мне Морозов и Вадим симпатичны, как люди.

— А что же ты тогда зубы в приёмной точила о Вадима вместе с Аллкой и Милкой? — зло припомнил я.

— Откуда знаешь?

— Вас Вадим слышал, а потом мы с ним напились в драбадан.

— Как некрасиво вышло, — поморщилась Светик. — Я так понимаю, всё, что наплела Алла чушь?

— Полнейшая. Как сама слышала, карьеру таким путём ему делать смысла никакого не было. Вадим начинал с нуля, и пахал много, чтобы добиться того, что сейчас имеет. Веллер его гонял, как проклятого. А с Морозовым ничего не было, вообще.

— Тогда не было, сейчас есть. Да мне это и не важно. Я мщу только тем, кто мне не нравится, и то, только от скуки в своём отделе. И если Вадим такой добрый, что мстить не собирается, это сделаем мы с тобой, — и заговорщицки посмотрела на меня. — Я ту комедию видела, хорошая такая, познавательная.

— От меня Аллочка даже стакан молока не возьмёт, — со скепсисом сказал я.

— Зато от меня возьмёт. Она сейчас в расстроенных чувствах, бедняжка. Помочь необходимо, — такое сочувствие в голосе. — Золотую рыбку упустила, даже две, если считать неудачную охоту на Морозова.

— Ты сейчас похожа на злую ведьмочку. Такую привлекательную-привлекательную ведьмочку, — сказал я с восхищением. Светик обошла меня, чуть повернула назад голову, и улыбнулась.

— Запомни, Самсонов, не люблю когда из меня делают дуру. За мной!

— Есть! Иду! Бегу!

POV Тимофей.

«Куда мои глаза смотрели? Я же знал, что у Романовского есть старший сын от первого брака, и живёт он в этом самом городе. А волосы достаточно редкого оттенка, да отчество Петрович? Я болван!» — бесился я, глядя вслед уматывающему из зала, с крайне растерянной и виноватой физиономией, Вадиму. Похоже, выходка его папеньки стала сюрпризом не только для меня, но и для него. А мой-то явно был в курсе, вон как улыбается. Спина Вадима мелькнула в дверях и исчезла. И мне пора. Только дёрнулся уходить, как меня за плечо поймал дядя Петя и тихо сказал:

— Тим, учти, мне мой сын нужен живым и, по возможности, здоровым.

— Постараюсь вернуть целым и почти невредимым, — буркнул я.

— Возвращать не надо, — засмеялся Романовский, а я удивлённо уставился на него. Он знает о нас? — Тим, пойми одно, он хотел с тобой поговорить, я просто немного опередил события. И сюда, пять лет назад, он устроился сам, без моей помощи.