Однако стоило ей увидеть меня, как она сделала вид, что изо всех сил любуется фонтаном. Его струи искрились под яркими лучами солнца, решившего подарить городу немного своего тепла, благодаря чему Чернявск снова обрёл краски, изгнав серость и туман.

Я вдохнул полной грудью, покосился на летающего между деревьев Акима и двинулся к воротам университета, украдкой поглядывая на блондинку.

Девица поняла, что я не собираюсь подходить к ней, и резко встала, дабы привлечь моё внимание. Но я снова не посмотрел на неё. И тогда она принялась кашлять: сначала деликатно, а потом так, будто её скрутил приступ чахотки. У неё аж покраснели уши, лицо и та часть декольте, что была видна между расстёгнутыми пуговичками блузки."

"Однако я так и не одарил её прямым взглядом. Просто с каменной физиономией пересёк парк, вышел на тротуар и направился в сторону гостиницы, борясь с жутким любопытством. Оно приставило нож к моему горлу и требовало вернуться к блондинке, дабы узнать, чего она хочет от меня. Просто познакомиться или что-то другое?

Но я задушил любопытство. А сама девчонка посчитала ниже своего достоинства бегать за мной. Она осталась в парке.

Однако свято место пусто не бывает. Меня окликнул знакомый девичий голос:

— Артур!

Я повернул голову и увидел Мирославу Синявскую и барона Грачева. Они выбрались из роскошной машины с гербами барона. И если Мирослава задорно сверкала разноцветными глазами, то на Грачёва жалко было смотреть. Лицо осунулось, плечи опустились, а во взгляде невероятная досада, смешавшаяся со вселенским страданием и злостью на несправедливость бытия.

— Опять вы, сударыня, — хмуро сказал я подошедшей Синявской. — Если честно, я не очень рад вас видеть. А вот ваш вид, сударь Грачёв, дарит мне истинное наслаждение.

Барон скрипнул зубами, сжал кулаки, но справился с собой. Тяжело вздохнул и открыл рот:

— Сударь Ратников, я признаю своё поражение в пари. Вы его выиграли. Не знаю уж, какие тёмные боги вам помогли, но именно в вашем районе произошёл самый мощный прорыв, когда-либо случавшийся в Чернявске. И вы сумели его устранить, хотя, конечно, я бы тоже с ним справился, может, даже быстрее.

— Не думаю, что вы бы смогли устранить его быстрее. Ну, как бы вам объяснить? А давайте на птицах, раз вы носите фамилию Грачёв. Вон, видите, на заборе сидит воробей? Вот сколько бы он ни пыжился, орлом ему не стать, — елейным голоском проговорил я, вызвав у Синявской весёлую усмешку.

Барон же всхрапнул и с негодованием сказал:

— Вы оскорбляете меня, сравнивая с воробьём!

— Вы можете доказать, что не воробей. Давайте ещё раз поспорим. Раз уж вы говорили, что справились бы с прорывом шустрее меня, то давайте и поглядим, кто из нас быстрее расправится, скажем, с десятком демонов.