А тут и отец Соболева входит, привлекая к себе внимание.

— О, дорогой, садись.

— Добрый день, — я тихонько поздоровалась, в ответ мне не последовало ничего, только взгляд. И то какой-то холодный, будто перед Соболевым-старшем враг номер один, а не девушка его сына.

Усевшись на свое место, он с неохотой берет кусок пирога и отламывает кусок вилкой, ковыряясь в начинке.

— Предлагаю тост! — Лидия Владимировна, верно заметив накаленную до предела атмосферу, поднимает стакан с лимонадом, правда договорить не успевает. В обеденную комнату, которая соединялась с кухней, возвращается Руслан. Не один. С ней — Евой. При виде нее у меня плечи будто спазмируются от напряжения, и аппетит моментально пропадает. Что эта стерва здесь делает?

Волосы девушки уложены в идеальную прическу: собраны в красивый строгий конский хвост. А её стройное тело обтягивает розовая водолазка, поверх которой надет джинсовый сарафан. Выглядит стильно. И я ловлю себя на том, что не собралась должным образом, могла бы подкрасться ярче или, на худой конец, выбрать другую одежду. Эх…

Ева выглядывает из-за плеча Соболева, махнув рукой присутствующим. А у меня внутри при виде этой девушки все рушится, словно происходит мощное землетрясение.

— Ева, милая, что ты тут делаешь?

— Ой, а разве Русик не сказал вам? — с нескрываемым удивлением надула губки девушка. Затем она подхватила Соболева под руку, прижимаясь к нему грудью. Мне сделалось дурно. Показалось, тело сковало, как будто оно покрылось слоем льда. Толстым. Не пробиваемым. От которого можно умереть.

— Сказал что? — не поняла его мать.

Соболев поднял глаза на родителей, лицо его оставалось беспристрастным, словно происходящее никак не трогало Руслана.

— Мы с Евой решили пожениться, — как удар током, от которого немеют конечности, произнес мой, а мой ли, парень. У меня из рук выскользнул стакан, который я держала, и упал на стол, но не разбился, просто разлилось содержимое. Лимонад медленно вытекал на пол. Кап. Кап. Бах. Бах. То ли сердце мое стучало так громко, то ли капли слишком четко отбивали ритм, приземляясь на паркет.

— А… Крис… тина… — ошарашенно прошептала Лидия Владимировна, поглядывая на меня.

— На днях мы расстались, — спокойным, будничным тоном произнес Соболев, так, словно это не про нас. Не про меня, него, наши отношения.

Глава 57

Слишком больно. Удивительно, как слезы еще не катятся с глаз, как я держусь, учитывая, что между мной и Русланом было. Любовь… А любовь ли? Для меня точно. Такая неземная, воздушная, как облако, с которого если упадешь — разобьешься. Выходит, я упала? Надо полагать, что да. С небес, где еще на днях заливалась от радости и будущих планов, на грешную землю, где сердце мое собирать теперь придется по частям.