«Еще наступит день, — думал он, — когда я заставлю ее заплатить за ложь в суде, и за украденные у Джесси деньги, и за…»"

"Он молча обругал себя. Кого он дурачит? Роза давно уехала, а ему в ближайшие девятнадцать лет восемь месяцев и тринадцать дней выйти отсюда вряд ли светит.

Прошел еще месяц. И с каждым днем беспокойство Крида росло. Его вспыльчивость проявлялась по любому, малейшему поводу. Три дня ему пришлось провести в карцере за драку с одним из заключенных. Раньше ему и в голову не приходило, как он, оказывается, ненавидел маленькие замкнутые пространства, насколько высоко ценил вновь обретенную, хоть и ограниченную свободу.

Когда после карцера его снова водворили в камеру, он дал себе слово держать эмоции в узде, однако легче было сказать, чем сделать. Он постоянно находился в напряжении, его мысли все время возвращались к образу Джесси, вынужденной выполнять тяжелую работу только потому, что Роза украла у нее его деньги. Он перечитывал ее письмо столько раз, что строчки стали совершенно неразборчивыми, но зато его согревали слова ее любви, поддерживая в нем праведный гнев против Розы, обокравшей собственную сестру и бросившей ее в одиночестве.

Через шесть недель после того, как Крид получил письмо от Джесси, он нечаянно подслушал разговор двух заключенных, которые договаривались о побеге. На следующий день он подошел к их вожаку — Джорджу Вестерману.

— Вам не нужен еще один человек? — спросил он чуть охрипшим от волнения голосом.

— Может, и понадобится.

— Я хочу войти в дело.

— А тебе можно верить? Умеешь держать язык за зубами?

— Да будь я проклят!

Вестерман оглядел его и кивнул.

— Дело назначено на завтра. Сегодня вечером, за ужином, Грэхем расскажет тебе все, что надо.

Крид раньше не знал тех семерых, подготовивших план побега, он только изредка здоровался с ними кивком головы. Он знал, что их вожак, Вестерман, получил пожизненное заключение за убийство. Крепкий, немного грузный Вестерман — парень со светлой кожей, голубыми глазами и вьющимися каштановыми волосами— выглядел лет на двадцать пять. На воле у него остался брат, который и должен был обеспечить побег.

Билли Грэхем уже отбыл два года за ограбление. Остальные за разные дела тянули сроки от восемнадцати месяцев до десяти лет. Последнему— Райану Сент-Джону-оставалось отсидеть всего несколько месяцев.

Но это не имело значения. Все они хотели одно — поскорее добыть себе свободу.

План побега оказался настолько прост, что вызвал у Крида только удивление, почему они не сделали этого раньше..

В назначенное время Грэхем позвал ночного охранника и сообщил, что нездоров и нуждается в медицинской помощи.