Вертолет доставит меня на борт. Мне приказано возглавить операцию по освобождению судна и поиску документов.

Я села на кровать, расправила складку на покрывале.

— А я? — прошептали мои губы.

— Дождись меня здесь, — решительно ответил Коршунов.

— Завтра седьмой день. Проект «СД» закрывают, — напомнила я.

Он замер и обернулся. Его глаза смотрели на меня, а мысли были бесконечно далеко.

— Я скоро вернусь, — пообещал он и неуверенно добавил: — Ничего не случится.

— Оставь мне пистолет, — попросила я.

— У меня нет оружия. Мой табельный на дне моря. Еще предстоит отчитываться, — виновато улыбнулся он. Потом спохватился. — Пока меня нет, никому не доверяй. Что бы ни говорили. А если понадобится помощь, обратись к моему другу Димке Коломийцу. Помнишь, я рассказывал про татуировку и часы? Я его предупрежу. Запомни адрес.

Кирилл чмокнул меня в щеку и вместо слов прощания прошептал адрес друга. Где-то вверху зашумел вертолет. Звук приближался. Мы вышли на балкон. Винтокрылая машина в боевой раскраске сделала дугу над отелем и приземлилась на круг у главного входа. Коршунов убежал, на ходу крикнув мне, что обязательно свяжется по Интернету. Как раньше.

60

Шестой день, Калининград, 16-00

Два человека, худощавые и безликие, оттого неуловимо похожие друг на друга, с удивлением проводили взглядом взлетевший вертолет. Они сидели в джипе с наглухо затемненными стеклами. Одного звали Гном, другого Лесник. Им больше подошла бы кличка Чистильщик, но служебные псевдонимы, как водится, не имели никакого отношения ни к внешности, ни к характеру выполняемого задания.

— Она осталась одна, — сказал Гном, сидевший за рулем. Он вынул из кармана насадок глушителя для пистолета, катнул его на ладони и спросил: — Действуем?

— Надо получить добро от Рыси, — ответил напарник и позвонил по телефону. — Говорит Лесник. Мы на месте. Коршунов улетел, объект один в гостиничном номере. Можем выполнить задание немедленно. — Он выслушал ответ, стиснул скулы, отключил связь и процедил: — Дерьмо.

— Что такое? — обеспокоился водитель.

— Рысь проявил принципиальность. Не ранее полуночи.

— Подождем."

"— Еще он хочет, чтобы она исчезла.

— Черт. Не люблю возиться с трупами.

— А придется.

Гном сжал в кулаке стальную трубку глушителя, двинул ее туда-сюда и осклабился.

— Поехали искать место.

Напарник тем временем незаметно проверил дисплей телефона, чтобы убедиться — запись разговора с генералом успешно сохранена. Ради этого файла Лесник и позвонил Рыси. Он знал, что устные приказы забываются начальством при первой серьезной проблеме.

61

Седьмой день, Калининград, 01-10

Я проснулась от подозрительного звука. Мой организм, как в худшие годы, функционировал в режиме «Опасность».