Из специальных каналов в пальцах, что шли под ногтями, выплеснулась белая тянущаяся нить. Ей почти удалось попасть по парню.

— Ты что творишь, Лоляшка?! Головой тронулась? Прекрати немедленно! — отпрыгнул Карл от субстанции, как от огня.

— Что такое, милый? — проговорила Лилия елейным голоском. — Не нравится, когда в тебя брызгают мерзопакостной липкой гадостью? Уже невесело? Ку-хе-хе! Получай!

С еле уловимым чавкающим звуком пальцы исторгли еще одну порцию вязких белесых струй. Карл чудом увернулся.

— Да успокойся, наконец! Комнату ведь загадишь!

— Здесь тысячи квартир в округе, так что не страшно! Ку-хех, — произнесла Лилия, широко улыбаясь.

Ей нравилось наблюдать за метаниями парня. Час расплаты настал!

— Липкая месть! — выкрикнула она и принялась забрасывать Толстяка вязкой субстанцией, встав специально в дверном проеме.

Карл носился по комнате, как умалишенный, даже в окно собирался выпрыгнуть. Лилия злобно хохотала, наблюдая за беспомощностью парня. Ему очень не хотелось соприкасаться с липкими нитями, которые девушка исторгала из себя.

Помещение в итоге оказалось полностью заляпанным белесой паутиной. Сеть покрыла пол, мебель, потолок и стены. Лилия загнала Карла в угол и все-таки разок зацепила. Парень попытался отодрать прилипшую гадость, отчаянно ругаясь, но только запутался еще больше. Липкие нити цеплялись намертво.

Лилия же почувствовала нечто вроде истощения и нарастания болезненных ощущений в груди.

— Похоже, я израсходовала весь запас паутины… — признала девушка и ощупала себя. — Черт, моя грудь снова уменьшилась! Вот гадство…

— Гадство — это то, что ты натворила! Как мне избавиться от этой налипшей хрени и выбраться из ловушки?! Ты всю комнату уделала своим сквиртом!

— Будешь знать, как издеваться над бедной девушкой, ку-хе-хе, — заявила она, встав в гордую позу.

— Ты у меня получишь по жопе! Хрен тебе, а не модификаторы в будущем!

— Это мы еще посмотрим! Лучше тебе не шутить с Ткачихой, ку-хе-хе!"

"Лилия вволю повеселилась и немного удовлетворила свою жажду мести. Новые способности открывали широкий спектр возможностей для издевок над зеленомордым насильником.

Вот только о последствиях своей шутки она не подумала. Нити паутины оказались дико липкими и прочными. Даже ножом разрезать не получалось. Карл, матюкаясь, отдирал паутину от себя вместе с кусками кожи, волосами и одеждой. Затем наловчился использовать Отбойные Кулаки. Ударная волна имела шансы разрушить белую нить. С горем пополам парень выбрался из заляпанной комнаты. Желтые глаза смотрели на девушку в крайнем раздражении.

— Прости, — заметила она на всякий случай.