Мы постепенно двигались вперёд, Шинара принял двор, начинал узнавать народ — и я верила, что со временем всё сложится лучшим образом.

Потому что знала главное: как никто и никогда, мой принц верит в меня.

* * *А потом, в середине лета настал тот день, которого я ждала с замиранием сердца.

— Вы готовы, моя королева?

Фрейлины, вернувшиеся в мою жизнь подобно беззаботным солнечным лучам, хлопотали вокруг. Ролла веселилась особенно — вместе с Шинаром приехал мужчина, который не оставлял и её равнодушной. Я не знала точно, много ли общего они находят с серьёзным Наймиром — моя разговорчивая фрейлина почему-то предпочитала хранить это в тайне. Но глаза её сверкали.

Как, подозреваю, и мои."

"Платье, в которое меня облачали, было ослепительно белым, лёгким, воздушным — несмотря на сотни оборок. Свадебное платье. Я разглядывала себя в зеркале, не в состоянии поверить до конца. Снова ощущая себя в странном волшебном сне — и в этот раз не желая просыпаться.

Во дворце царила суета, слуги бегали, готовя вечернее торжество, но впервые за многие дни я могла позволить себе прикрыть глаза и улыбнуться, переложив заботы на других. Сесть в карету, приготовленную у главного входа. Опустить холодные руки на подол.

Дорогу в храм Матери запомнила плохо — в память врезались лица людей на улицах, их крики и поздравления. Цоканье копыт до брусчастке. Залитая светом площадь и огромные ступени, по которым меня вёл под руку Аделик.

Помню, как увидела Шинара у алтаря — он ждал спокойно, почти непоколебимо. Лишь развернулся чуть быстрее, чем требовала церемония. Тоже в белых, парадных одеждах, облегающих статную фигуру до сказочного непривычно.

Мой будущий муж — пронзительно красив. И смотрит на меня так, будто рядом нет ни его родни, ни сотни придворных. Я иду к нему на внезапно слабеющих ногах, чтобы встать плечом к плечу.

Наши руки еле заметно соприкасаются.

Балуар читает торжественную речь, из которой я пропускаю половину слов. Взгляд выхватывает в толпе гостей счастливые лица: Диларий следит за мной, подобравшись, стараясь не дать волю чувствам. Аделик оценивает нашу пару со странной гордостью. Вернувшийся Сарен стоит чуть поодаль, рядом с Мариан Эсли — хрупкой девушкой с большими глазами, в неброском, но изящном платье. Они улыбаются, оба, тепло и спокойно.

Святейший замолкает, остаются клятвы — которые мы с Шинаром произносим друг для друга.

Хранить, доверять и любить — вот что обещает мне мой принц. Вот что я эхом повторяю, глядя в его полураскрытые губы. А потом он наклоняется и целует меня — нежно и терпко, будто в первый раз.

Делая своей законной женой.

Наши пальцы сплетаются сильнее, мы шагаем от алтаря, так и держась невообразимо близко. Выходим из-под прохладных сводов, чтобы вновь искупаться в солнечных лучах.