— Лиата, всё немного сложнее. Или проще. — Глаза следили за каждым моим вздохом. — Помнишь, я замечал насчёт Балуара — что не понимаю, как снадобье помогает против чар? Теперь попрошу изучить его тщательно, но я почти уверен… оно бесполезно. Быть может, слегка улучшает память. Быть может, не работает вовсе.

Я замерла с приоткрытым ртом.

— Ты хочешь сказать… он вылечил себя сам?

— Эта дрянь питается страхами. Чтобы вогнать её в силу, нужно ослабить жертву. Чтобы развеять… придётся немного побороться. — Губы Шинара слабо, но ободряюще изогнулись. Я сделала вид, что не замечаю столь непривычной тревоги во взгляде. — Поначалу будет неприятно, но хорошая новость в том, что у тебя уже получается. И у святейшего вышло, а он вовсе не так молод и смел, как ты… или твой брат.

Я стояла, изумлённая, не зная толком, что сказать.

А потом ответила с такой же лёгкой улыбкой:

— Что же. Звучит неплохо.

Рука жениха перехватила мою и сжала, вместо слов.

— Спасибо, — прошептала я с чувством, — Только… Теперь мы должны пойти к Аделику, правда?

Он без сомнений кивнул. И всё же, ещё долгие секунды, а может и минуты мы стояли, словно боясь отпустить друг друга.

А потом — вышли, вместе. Держась ближе, чем когда-либо раньше.

Глава 22

В спальне Аделика поселилась ночь. Брат лежал неподвижно, не издал ни звука, когда я вошла, но всё-таки не спал. Я села на кровать, как и прежде, надеясь привлечь его взгляд.

— Аделик, — позвала осторожно. — Ты слышишь меня?

Тогда он повернул голову, тихо, безучастно. Сердце испуганно сжалось: смогу ли я достучаться до него? Подобрать нужные слова, сейчас…

Когда сама слаба?

— Мы нашли предателя, — сказала просто.

Эта новость заставила брата двинуть губами.

— Не шутишь?

И я стала спокойно, неторопливо всё объяснять. Как мы нашли книгу, подозревали Сарена и услышали от нашего младшего брата про дурман. Как прочитали письмо от его величества Дархема и пытались задержать Сирхема. Как узнали про Неллера… в конце концов я рассказала, что советник мёртв.

Глаза Аделика теперь расширились, странно блестели и казались прозрачными. Он выдохнул слабо:

— Боги, Лиата. Вы за один вечер разобрались со всем. Стоило мне отойти в сторону и не мешать…

Я закусила губы. Не совсем то, что хотелось передать!

— Аделик, пожалуйста, послушай. Это всё проклятье. Оно виновато!.. — Я не могла забыть чувства, накрывшие недавно в холле. Робко ворочавшиеся в груди и сейчас. Ощущение полной беспомощности, ужас, слёзы в глазах… А я ведь не пила гадких зелий и провела под действием чар от силы полчаса!

Вздох почти сорвался с губ — но вместо него я заставила себя улыбнуться. Мягко сжала руку брата и коснулась другой его светлых волос. Провела, перебирая мягкие пряди — как постоянно делала в детстве.