Ещё немного, и он, взорвавшись, расправится с ненавистными резинками одним рывком.

— Это насколько же нужно не любить женщин, чтобы придумать для них подобную защиту от «сквозняков». Точно происки модельеров гомиков.

Лев ещё раз дёрнул непослушную тряпицу, но бесполезно: один шнурок раскручивался ровно настолько, насколько другой закручивался.

— Проклятье! Проще приклеить их к телу липучками."

"Теперь он понимал, на какие жертвы приходится идти женщинам, чтобы угодить мужчинам. Вместо тёплой уютной трикотажки прикрывать попу миллиметровыми верёвками, которые так удобно порвать нетерпеливому любовнику.

«Нет, всё-таки женская одежда прошлых веков была намного рациональнее».

Директор рассмеялся, представив изящные кружева шёлковых панталон, выглядывающие из-под короткого дизайнерского платья сударыни Сидоровой. И в очередной раз поблагодарил Господа, что родился мужчиной, не замечая, что разговаривает вслух.

— Спасибо тем, кто создал боксеры. Если бы мне нужно было каждое утро натягивать эту дрянь, я бы застрелился.

На секунду у него возникло желание вырядить учительницу в свои трусы.

— И закроют всё, что положено и согреют, и…

Он улыбнулся, представив, как мило будет смотреться гульфик меж стройных ножек.

— Интересно, что она в него положит? Ну, бутерброд, на худой конец, или капкан. Можно даже запатентовать это дело. Трусы-ловушка — защита от насильников…

Льву опять пришлось забраться на постель. Наталья вновь оказалась между его коленей. Ненавистные резинки всё же поддались, оставалось только водрузить треугольники на место. Рассудив, что сделать это, повернув брюнетку на бок, будет намного удобнее, он приподнял её бедра, запустив под мягкие округлые полушария руки, и замер.

Острое желание пронзило тело. Его ладоням настолько идеально подходила форма её ягодиц…

Иванов зарычал, прогоняя прочь возбуждающие мысли, — всё впереди, и он не раз ещё окажется между этими бёдрами, — но не удержался и поцеловал маленькое родимое пятнышко, украшавшее плоский живот «катастрофы».

Наташа будто только этого и ожидала.

Она широко распахнула глаза, пару секунд полюбовалась на очумелый взгляд директора и со всего размаху заехала ему в ухо:

— Подлец! Я сказала: не ближе метра!

От дверей раздался громкий хохот.

Братья Запашные примчались на помощь и теперь, сложившись пополам, ржали над неудачной попыткой Льва.

Рома пришёл в себя первым. Он бросил на пол чемоданчик с лекарствами и простонал сквозь смех:

— Я правильно понимаю — это был ложный вызов?

Вячеслав поддержал друга, переводя взгляд с его побледневшего лица на оголённые ноги учительницы.