А что она, собственно, теряет? Ничего! Ещё скучнее её жизнь не станет, а вот там, за стеклянной дверью, ждёт немало препятствий, злобных, разъярённых особей женского пола и куча приключений. Не всегда же она была зажатой скромницей. Даже вожатой умудрилась поработать в летнем лагере три года подряд.

«Будь что будет!» — решила Наташа и, встряхнув блестящими локонами, отдающими каштановым в свете яркой иллюминации ресторана, широко улыбнулась в ответ на подбадривающие слова Льва.

Челюсть директора школы поехала вниз. Он впервые увидел широкую, совершенно открытую улыбку учительницы биологии, моментально преобразившую её лицо. Из хорошенькой девушки Сидорова превратилась в прелестницу, которая, если её упаковать в достойную обёртку, сможет выступать на равных с любой, считающей себя подарком миру мужчин красавицей. И не только!

Иванов прошёлся взглядом по ладной фигурке Натальи, обратив ещё раз внимание на стройные ноги, и остался довольным. Определённо, сегодня его день, а если повезёт, то и ночь! Хотя любовная интрижка между начальником и подчинённой могла дорого стоить его карьере, но непонятное влечение к брюнетке было намного сильнее голоса разума."

"Он шагнул через любезно распахнутые двери в просторный холл ресторана, подстраиваясь под мелкие шаги Наташи, и немного задержался, заглянув в огромное, инкрустированное золотом зеркало. Сшитое из непонятной ткани платье учительницы подходило по тону к его костюму. «Мы неплохо смотримся вместе», — отметил он про себя.

Девушка, занимающая должность хостес, направилась к Льву:

— Господин Иванов, рада приветствовать вас. — Она оценивающе оглядела брюнетку, вцепившуюся в локоть мечты половины представительниц женского пола, весело уплетающих изысканные блюда в ярко освещённом зале. — Вы ужинаете вдвоём? Или кто-нибудь из семьи присоединится в течение вечера?

— Вдвоём. — Он перевёл взгляд на Наталью и мило улыбнулся:

— В такой вечер любой третий становится лишним, — и добавил, глядя в голубые глаза хозяйки зала: — Все остальные ужинают дома.

Наташа смотрела на сидящих за столиками людей в дорогих одеждах, ощущая себя неуютно под хищными взглядами мужчин, изучающих то, что не прикрывала длина платья, и презрительными — женщин, посчитавших эту длину неприлично короткой. Шум разговоров на мгновение стих, внимание посетителей было приковано к Иванову и его спутнице.

Учительница с ужасом почувствовала, как кожу на щеках начало покалывать и отдавать жаром — верный признак того, что скоро лицо покроется ярким румянцем. И это в лучшем случае. В худшем — станет схожа цветом со спелым помидором.