Миссис Грейстоун, по обыкновению, давала указания садовникам, мать Филлис и миссис Баррит еще не спускались, а миссис Олдхэм по доброте душевной согласилась посмотреть пони Имоджин, и мисс Грейстоун увела гостью к конюшням, разумеется, в компании мистера Баррита. Где находилась Флора, Филлис не знала и нисколько не беспокоилась об этом. Сейчас девушке было важно узнать, чем она могла насолить мистеру Уилтону, может быть, сходством с леди, отвергнувшей его ухаживания?

При виде Филлис мистер Уилтон хмуро кивнул, явно не собираясь вступать с ней в беседу, но мисс Найт нелегко было смутить.

— Вы решили выбрать себе книгу для чтения перед завтраком? — спросила она, чтобы как-то начать разговор.

— Я искал уединения, мисс Найт, — нелюбезно ответил джентльмен.

— Не буду просить у вас прощения за то, что нарушила ваши планы. — Филлис чувствовала, что начинает сердиться.

— Мисс Найт, я и не думал на это рассчитывать, — недобро усмехнулся Уилтон. — Вы находите радость в том, чтобы тревожить покой других людей и подстраивать всякие каверзы ради собственного развлечения!"

"— Кто дал вам право судить обо мне подобным образом? — От возмущения Филлис едва не задохнулась, кружева на ее утреннем платье сливочного цвета вздымались в такт ее прерывистому дыханию. — Мы лишь вчера познакомились, и вы уже оскорбляете меня дерзкими предположениями относительно моей натуры!

— Я достаточно слышал о вас, мисс Найт, чтобы иметь возможность судить о вашем характере по вашим поступкам. — Мистер Уилтон вновь обернулся к книжным полкам, словно даже смотреть на девушку было для него пренеприятно.

От изумления Филлис даже забыла, что собиралась высказать все, что думает о превосходящей всякую меру наглости этого человека. Сама она готова была поручиться, что ничего не слышала о мистере Уилтоне до тех пор, пока ее тетка впервые не назвала его имя. А он, оказывается, что-то слышал о ней, и это что-то заставляет его думать о мисс Найт дурно.

— Вы, я полагаю, сознаете, что после подобного замечания я не уйду отсюда до тех пор, пока вы не выскажетесь определеннее, — сдержанно произнесла она, стараясь успокоить себя мыслью, что представляет на сцене образ трагической героини. — Что такого могли вы слышать обо мне? Разве у нас есть общие знакомые?

— О да, есть! — Мистер Уилтон нетерпеливо обернулся к девушке. — Мистер и миссис Мэйленд — мои хорошие друзья, и их мнение для меня кое-что значит.

— Мэйленд? Кажется, я где-то слышала эту фамилию, но не могу вспомнить, — скорее для себя, чем ради того, чтобы ответить джентльмену, пробормотала Филлис, но Уилтон ответил ей.

— Миссис Мэйленд в девичестве носила фамилию Барнс и преподавала рисование в пансионе для девочек.