Из черного хода показалась пожилая дама, тащившая за связанные руки упирающуюся рыжеволосую девушку. Маленькая воспитательница!

— Дайте нам уйти, или она умрет, — тон леди был холоден как лед, а приставленный твердой рукой к девичьей груди острый стилет не предполагал возражений. Только вот фраза ещё не затихла, но уже утратила свой смысл. Леди Офелия с удивлением ощутила огромную медвежью лапу, что сжимала её горло.

— Не дергайтесь. У меня очень острые когти, можете ненароком пораниться, — желчно предупредил даму быстро сработавший Ричард, казалось, он был бы не против такого развития событий.

«Дерек! На меня напали!»

Флин услышал мысленный приказ от женщины, которая даже в лапах оборотня считала себя неуязвимой. Несколько секунд хватило, чтобы среагировать и поднять все щиты и растянуть их на Ричарда. Противник ударил раньше, чем появился на глаза.

Высокий, худощавый, бледный как приведение мужчина шел к хозяйке, обрушивая всю мощь своего дара на Ричарда. Из его носа закапала кровь. Если бы не щиты, полуоборотень был мертв."

"Те скоротечные секунды, которые Дерек потратил на удивление, Флин анализировал противника, искал его уязвимые места и наращивал щиты, предполагая, что следующий удар будет ещё сильнее предыдущего. Одновременно нападать и закрываться труднее, чем просто закрываться, хоть и растягивая щит. При следующем ментальном ударе заскулила женщина, ее зацепил удар, нацеленный на Ричарда. Удар был очень мощный, щиты практически рухнули, но всё же Флину хватило мастерства их удержать.

Псих прекратил атаковать и, наконец, заметил настоящего противника.

Непривыкший к неудачам, Дерек в ярости обрушился на оппонента всей своей мощью, не замечая, что его противник лишь поддерживает щиты, не пытаясь бить в ответ. Флин ловко уводил психа как можно дальше от дома, открывая силовикам единственный путь внутрь для спасения заложников.

Привычно послушный, Дерек то и дело отвлекался на истеричные приказы впадающей в панику хозяйки, давая Флину передышку. Очень сильный, наглый и необученный менталист орудовал своей силой, как гномьей кувалдой. Там, где нужно действовать тонко, он пёр напролом, где нужно действовать умело — не хватает навыков. К огромному сожалению Флина, он не мог атаковать, если не хотел, чтобы и без того нездоровый разум безумца пошатнулся и канул во тьму. Он нужен им живым! Веррес самолично прибьёт его, если лишиться такого источника информации. Преступника нужно было поймать, но как? Силы на исходе, идей никаких, а этот ненормальный продолжал нападать, словно его резерв бесконечен.

Псих вдруг изменился в лице. Флин с удивлением наблюдал за странными метаморфозами. Гнев и ярость сменились на стон боли и детское непонимание.