— выдержав паузу, неохотно ответил бычара, явно сдерживаясь чтобы не сказать чего-нибудь лишнего. Я видел что он раздражён, но не понимал причины. Хотя возможно это его нормальное, «рабочее» состояние.

Глава 27

— Ну и что ты предлагаешь? — сам бы я начал с заброшенного дома, и всё же проверил жилище Касима, ну а с пятой уже по результатам.

— А я бы не стал торопиться. — разглаживая закрутившийся ус, произнёс бычара. — Сейчас он ждёт, смотрит что дальше будет. Начнём открыто действовать, почует, запаникует, и от девки точно избавится. А так, если поймёт что никто его не ищет, успокоится, — может посидит денёк другой, да из норы своей сам выйдет. Вот тогда-то мы его и возьмём.

Я понимал что у ментов свои методы, но это предложение мне показалось глупым. Зачем ждать, если можно перетрясти всё вокруг и найти преступника? Но прямо обвинять бычару в глупости не хотелось, вполне возможно что туплю сам, поэтому я тактично уточнил.

— То есть ты предлагаешь просто ждать?

— Угадал. — кивнул тот, разведя руками.

Нет, я конечно морально огрубел за этот неполный год, но ждать пока маньячило наиграется, не желал. Я не знаю как там у них всё устроено в башке, но судя по наглости с которой он провернул похищение, конкретно у этого точно переклинило.

— А то, что маньяк сделает с девушкой, тебя не волнует? — ещё сдерживаясь, но уже внутренне закипая, спросил я.

— А с чего ты взял что Козлевич маньяк? — возразил Бычара.

— И кто же он по твоему? Пионэр?

— Ага. Пионэр, всем ребятам пример. Только в лаптях и без галстука. — усмехнулся он.

— Я серьёзно.

— А мне, по твоему, делать нечего, и я тут шутки шучу? Ты мозгами-то пораскинь, Козлевич хоть и тот ещё дятел, но ни разу не маньяк, и девчонку умыкнул совсем по другой причине.

— И по какой же? — будь на месте этой девушки кто-то из наших, я бы ещё поверил в наличие иных мотивов, мало ли; месть, корысть, любовь, зависть в конце концов. — Ведь для того чтобы иметь мотив, нужно как минимум быть знакомым с жертвой. Но он то её не знал, поэтому кроме «маньячного», других вариантов я не видел.

Но к причине бычара подходил издалека, будто на ходу придумывая, объяснял чем руководствуется, и что заставляет его сделать именно такие выводы.

По его словам, Козлевич попал под подозрение когда взялись искать причастных к попытке угона самолёта.

Тут я напрягся. Ведь о том что они, охранители, ведут какое-то расследование по теме самолета, я почему-то не знал, но с другой стороны сейчас столько начальников, что такое тоже могло быть. Поэтому уточнять не стал, и просто продолжил слушать.

Прямых улик не было, — говорил бычара, — только косвенные, да и те так, на уровне «бабка сказала». Несколько раз его видели в обществе покойного Сережи, а со сбежавшим водилой вообще частенько подбухивал.