Женщины охотников воюют наравне с мужчинами, а иногда даже более успешно. Главная проблема — это дети и старики. Наше будущее, и наш опыт. Без них мы никто. — Клаус посмотрел на меня в ожидании ответа, но я промолчал, и он продолжил.

— У нас есть вторая база, отсюда почти в пятидесяти километрах. Мы давно готовились к такому сценарию, но думали что времени для переезда ещё достаточно.

— И туда нужно перевезти детей?

Клаус молча кивнул.

— Много? — в уме я уже прикидывал, сколько могу взять перегруза.

— Почти две сотни, плюс стариков человек восемьдесят.

От такой цифры я чуть не подавился. Ладно пару рейсов сделать, а тут, даже если набивать как килек в банку, придётся раз пятнадцать летать. И всё это под огнём.

— Боюсь ты переоцениваешь возможности кукурузника. Ведь это не Боинг, а обычный фанерный биплан! Его после первого же рейса собьют, ты это понимаешь?

Будь возможность, я бы прямо сейчас загрузил всех наших, и свалил куда-нибудь. Пусть на полянку, но главное отсюда подальше.

— Не собьют. — отмахнулся он, — на время эвакуации мы пробьём коридор, и сделаем так чтобы по самолету не стреляли.

— Мне нужно подумать. Мы вообще-то хотели завтра до станицы слетать...

— На это нет времени. — отрезал Клаус, показывая что эта тема закрыта. У него даже голос изменился. Разом слетела вся благожелательность радушного хозяина, выпуская наружу сущность того, кем он на самом деле и являлся — жёсткого, и нетерпимого диктатора.

— К шести утра мы зачистим коридор, так что будь готов. — холодно произнёс он.

Понимая что спорить бесполезно, я надеялся что до утра успею что-то придумать, ведь план который он предлагает, совершенно невыполним. Достаточно одного пулемётчика на любой крыше в радиусе полутора километров, и всё, финита ля комедия — никто и никуда не летит.

— И как долго вы сможете его удерживать? — старательно отводя взгляд, уточнил я.

— Постараемся как можно дольше, но тут уже сам понимаешь... Человек предполагает...

— А господь располагает. — закончил я начатую фразу. — И всё же?

— Пока не стемнеет, точно удержим. Не переживай. — чему-то усмехнулся он, и прикурил очередную сигарету.

— А как же мои? Их я смогу вывезти?

— Сможешь. Но только в последнюю очередь. — осветив лицо зажигалкой, зыркнул глазами Клаус.

— Нет, так не пойдет. Я не подпишусь на это, можешь меня прямо сейчас пристрелить. — решительно отказался я, понимая что шансы, на то что удастся вывезти всех, минимальны."

"Какое-то время, играя желваками на скулах, Клаус молча буравил меня глазами.

— Хорошо. По одному вашему с каждым рейсом. — наконец разродился он.

— Двое. Двое на рейс. — автоматически, даже не успев обдумать, выставил я встречное условие.

И он согласился, но с оговоркой.

— Как скажешь, но твоя жена полетит последней.