Он не дает ей расслабиться, продолжает ласкать, из-за чего сладкие спазмы продолжают растекаться по телу, снова и снова, окончательно выбивая разум.

— Ты уже не такая бойкая, да? — с усмешкой шепчет он на ухо и слегка дует на покрывшуюся жаркой испариной кожу.

Алина дрожит. От контраста жара и холода по телу пробегают мурашки.

— Эт-то просто тело так реагирует, а не я, — выдыхает она упрямо.

— Мне именно это и нужно, принцесска. Чтобы ты текла и хотела меня подсознательно, даже не признаваясь самой себе, — Что думаешь по этому поводу ты, мне плевать.

Север надавливает сильнее на клитор, посылая болезненную вспышку удовольствия. На автомате Алина сводит ноги вместе, но Артур предупреждающе цокает языком и качает головой.

— Не зажимайся.

Он нависает сверху, тесно придвигает соблазнительное девичье тело к себе. Он возьмет ее. Прямо сейчас. И пусть только посмеет возразить.

— Подожди, подожди, — в панике шепчет Алина, когда понимает, что сейчас произойдет. Упирается руками в стальную грудь, стараясь удержать. В глазах — страх вперемешку с растерянностью.

— Я достаточно тебя подготовил для первого раза. Попытайся расслабиться, иначе будет еще больнее, — советует Север.

Он хочет сделать как лучше, чтобы принцесске не было больно, но слова звучат по-холодному расчетливо.

Да и плевать. Это всего лишь секс. И он уже достаточно ждал. И достаточно был добр к ней. Все могло бы быть вообще иначе — жестко и по-животному грубо. От дикого возбуждения уже больно ломит в паху и ждать Артур больше не собирается. Алина давит на плечи, что-то шепча, но Север толкается резко. В этот момент ее тонкие хрупкие пальцы сжимают и царапают кожу с такой силой, что он замирает, собирая остатки воли в кулак, чтобы не сорваться на бешеный темп. И только эти самые тонкие пальцы, раздирающие его плечи, удерживают Севера от этого.

Алина

Распахиваю шире глаза. Тело вытягивается в струну и застывает в такой неестественной позе. Я пытаюсь оттолкнуть его, слезть, лишь бы избавиться от пронзающей боли. Такой, словно в тебя засунули раскаленный прут, но не остановились на этом, а продолжают раз за разом засовывать его прямо в кровоточащую рану.

Ощущение, словно чувства обостряются стократ. Тяжелое учащенное дыхание Севера бьет по барабанным перепонкам, каждое его касание и поцелуй жжет кожу. Я не могу сфокусировать взгляд. И сдержать полных боли стонов тоже.

Надо отдать должное Северу. Он двигается медленно, но этого все равно недостаточно! Потому что он двигается! А мне хочется, чтобы это все прекратилось, желательно как можно скорее, иначе я просто не выдержу, закричу в полный голос…

Кажется, что это продолжается бесконечно. Боль немного притупляется, становится не такой яркой, скорее ноющей и саднящей.