Возможно, зрители помнят мисс Поттс по прошлогодним выступлениям в нескольких одноактных пьесках, когда ее хвалили за прекрасное сопрано и восхитительный комедийный талант, но отмечали отсутствие у нее глубины чувств, необходимой для того, чтобы покорить публику. Ясно, И/ио эта критика оказалась преждевременной, ибо в роли цыганки-аристократки мисс Поттс поет со страстью и искренностью, которая поражает… Ария «Мне снилось, что живу во мраморном дворце» заставила публику подняться с мест. Хотя сама ария — образец сентиментальности, мисс Поттс наполнила ее такой тонкостью чувств и выразительностью, что ни у кого в зале глаза не остались сухими. Браво, мисс Лоттс, браво.

Еще месяц спустя «Лондвйский наблюдатель» поместил внизу страницы, отведенной политике, небольшую заметку.

Сегодня лорд Эллиот Марч, которому недавно был дарован титул барона Марча Байдуэлла, по получении предписания королевы займет свое место в палате лордов на открывающейся сессии парламента.

Летги сложила газету и отдала ее мальчику-посыльному.

— Спасибо, что, несмотря на дождь, ты принес ее, Винни. Отнеси в мою костюмерную, вот молодец, только не клади газету на баночки с гримом. Я хочу сохранить ее чистой, понял?

— Понял, мисс Поттс, — сказал мальчик и вышел исполнить ее поручение. Летти посмотрела ему вслед, уныние начинало овладевать ею.

Значит, это произошло сегодня днем. Эллиот занял свое место в палате лордов, и мир станет лучше. Раздвинув занавес, она посмотрела в зал. Публики было много, несмотря на грозу.

У них обоих все сложилось. Эллиот стал бароном, а она сделала карьеру певицы, о которой всегда мечтала. Надо было радоваться. И Летги радовалась.

В конце концов, она и не ожидала от него вестей. Она предвидела — он опомнится. И он опомнился. Ни разу он не дал ей знать о себе, не искал встреч. Ни разу не пришел в театр посмотреть на ее игру…

Она это точно знала; она просила управляющего следить, не придет ли он. И никто, тем более директор театра, стремящийся привлечь знатную публику, не мог бы не заметить присутствия одного из многообещающих политических деятелей. Нет, сэр Эллиот не приходил послушать ее, хотя бывал в других местах. Газеты любили его…

Его видели делающим покупки в одном из самых дорогих магазинов с дочерью богатого филантропа. Он обедал с вдовой выдающегося политика. Бывал в опере и раматическом театре, но никогда не бродил по Вест-Энду. Казалось, он не хотел попадать в затруднительное положение при случайной встрече с ней.

Да, газеты любили нового лорда. А как его можно было не любить, с усмешкой спросила себя Летти. Портреты были неудачными, но и на них Эллиот выглядел красивым, хотя и несколько суровым.

Когда он улыбался, фотографы, вероятно, сбегались к нему толпами. Но он не часто улыбался.