Порой случались затишья на сутки-двое, и молодые рекруты приободрялись, тешили себя надеждой, что теперь дело пойдет на лад, но передышки скоро заканчивались.

Свои несколько часов, положенные для отдыха, я потратил на то, чтобы добраться до гарнизона полковника Дейрона. Не знаю, что я надеялся найти на пепелище, но помнил об обещании, данном Алейдис: постараться найти доказательства невиновности ее отца.

Пока самым ценным моим приобретением за сегодняшний день стала куколка.

Я перегнулся через обломок стены и посмотрел на переминающегося с ноги на ногу пожилого вояку, который взялся показать мне дорогу. Он держал под уздцы наших лошадей и оставался начеку, прислушиваясь к каждому звуку. Лус сразу отреагировал, поднял голову:

— Командир, а че мы ищем-то? Если че, так вы не молчите, говорите — вместе покумекаем. Или до сумерек нам тут торчать? Может, домой?

Домой. Я усмехнулся. Для кого-то раскинувшийся на краю леса у замерзшей речушки лагерь стал домом. За прошедшие три недели я успел обвыкнуться настолько, чтобы не чувствовать себя новичком, но и старожилом себя не ощущал.

Хорошо, что под командование мне отдали зеленых рекрутов, только-только прибывших для подкрепления. Они своей тени боялись, шарахались от каждого звука и ходили за мной, как цыплята за наседкой. Как все знакомо!

В первый день я смотрел, как эти недотепы обращаются с оружием, и только головой качал. Как они еще друг друга не проткнули копьями на тренировке? Работы непочатый край! Но тем лучше — займу голову, чтобы не думать постоянно о девчонке с глазами-вишнями и сталью в волосах.

Я еще помню свою растерянность, когда я ждал ее минута за минутой, задыхаясь в пропитанной медикаментами палате. Я впервые чувствовал себя таким слабым. Таким жалким. Я не хотел, чтобы она видела меня таким. И все равно ждал.

Однако вместо Алейдис пришел Ярс, притащил стул, оседлал его, повернув спинкой вперед. Выскреб из кармана горсть орехов и высыпал на покрывало рядом с моей головой.

Я лежал на животе, разодранную спину закрывала смоченная травяным настоем простыня. Лекарства приносили облегчение, но раны все равно пекло. Я злился. Я хотел видеть Алейдис. Где она?

Я смел орехи на пол, и они запрыгали по дощатому полу.

— Достал, Ярс. Я уже их жрать не могу!"

"Ярс невозмутимо пожал плечами.

— Ну, знаешь, мейстер Шоах заказывает из города только орехи.

Что-то новенькое! Откровение от Ярса. Я аж голову приподнял от подушки.

— Ты перехватываешь поставки для препода?

Ярс расхохотался, заставив и меня улыбнуться.

— Ярс, зараза! Хорош ржать! Больно смеяться!

— Так не смейся! Видел бы ты свою рожу. Лежит, страдает. Мученик!

— Отвали!

— Или ты для Аль готовил физиономию. Чтобы она зашла и сразу рухнула на пол у твоих ног, лобзая твои хладные члены...