У нас даже нет с собой оружия! Ничего, кроме дара!

Ярс, сокращая путь, свернул на одну из серых дорог.

— Ого! — изумился Барри. — Я их давно заприметил, но думал, что это просто дымка какая-то. Испарение от камней из-за сырости.

— Сам ты сырость, — усмехнулся Нелвин. — И серость. Взял бы да опробовал! Как я!

Доругаться парни не успели, потому что наша группа через считаные секунды вывалилась на внутренний двор, где уже собирались второкурсники, а третьекурсники выстроились ровной шеренгой, как полагается по уставу.

Разница между сдержанными третьекурсниками и суетливыми первогодками сразу бросалась в глаза. Но, хотя первые хранили спокойствие, а последние гомонили и вертели головами, нас объединяло одно: никто не знал, что произошло в Академии.

— Ректор, смотрите, ректор, — побежал по рядам шепот. — А с ним князь Лэггер? Он вернулся?

Мрачный ректор Кронт с каменным лицом встал на возвышение — на широкое крыльцо центрального выхода. Он сжимал в кулаке свернутый в трубочку документ — сжимал так сильно, что смял его. Ректор обводил притихших кадетов тяжелым взглядом, но пока молчал, ожидая, когда соберутся все. Князь Лэггер же смотрел с азартом, как смотрит игрок на разложенную перед ним доску с расставленными фигурами.

Кто-то схватил меня за руку холодными пальцами. Я вздрогнула и оглянулась.

— Веела! Ты где была? Что?..

Подруга приложила палец к губам, кивнула подбородком на ректора, мол, ты слушай, все потом. Но вместо того, чтобы посмотреть на мейстера Кронта, я глядела на Вель: бледную, растрепанную, испуганную.

Бездна! Какую же игру затеял ее отец?

Глава 7

Ректор Кронт сделал шаг вперед, и разговоры резко смолкли: сказывалась не только выучка — всем не терпелось узнать, почему сработал сигнал тревоги, зачем нас согнали на внутренний двор и какую бумагу сжимает в руках начальник Академии.

Прежде чем начать, ректор быстро посмотрел на князя Лэггера, и столько ненависти сквозило в этом взгляде, что у меня зашлось сердце.

— Буду краток, — сказал он. — У меня в руках приказ его величества императора Аврелиана V о возобновлении практики выездов на передовую для звеньев, проявивших слаженность, командную работу и доказавших высокий уровень боевой подготовки.

Тишина взорвалась негромкими возгласами. После лекции мейстера Грига я готовилась к чему-то подобному, но все равно по венам пробежала горячая волна. Я не могла смотреть на растерянные лица однокурсников, чувствуя свою вину. Если бы не одна-единственная одаренная с запретным даром, который можно проверить только на границе, ничего бы в укладе Академии не изменилось. Тошно от этой мысли.

Князь Лэггер, скрестив руки на груди, пристально наблюдал за реакцией кадетов. Он улыбался. Происходящее его веселило.