Так пахло от него. Вишневый дым и дорогой парфюм. Откуда этот запах? Порыв ветра принес именно его. Поворачиваюсь и натыкаюсь снова на черные глаза. Они прожигают меня насквозь. А их обладатель в паре метрах от меня стоит, облокотившись на блестящий байк, и курит ту самую сигарету.

— Смотри-ка, Барон младший пожаловал! — говорит Танька. — А чего это он с тебя глаз не сводит?

— Не знаю, — отвечаю я и отворачиваюсь от него с трудом.

— Осторожнее с ним, — предупреждает подруга, — это племянник Барона. Один байк его стоит дороже, чем пол нашей деревни.

— А мне-то что, — стараюсь напустить безразличный вид.

— Не знаю, но он идет сюда! — как сюда? О боже! Сердце подскакивает к горлу, по телу предательская дрожь.

— Привет, колдунья! — слышу у самого уха. Этот голос прокатывается по спине мурашками, но я собираю в кулак остатки сил, чтобы не сдаться.

— Колдунья в ту ночь утонула, вместе с русалками. Ты что-то перепутал.

— Нет. Я не мог. Наверное, сегодня она вернулась опять. Можно тебя на два слова? — пытается взять за руку, а я не даю.

— Нет. Я не разговариваю с незнакомцами.

— Ну, почему же незнакомцами. Мое имя ты знаешь. А свое так и не сказала.

Поворачиваюсь к нему и снова теряюсь в черных глазах. Понимаю, что дело было не в магии костра в ночь на Ивана Купала. Сейчас он действует на меня еще сильнее. Черная кожаная куртка и рваные джинсы. Вместе с блестящим байком они кричат об опасности.

И поняла, что пропала, еще тогда. Но свернуть уже не могла.

Мы ушли с того вечера вместе. На меня девчонки смотрели, как на ненормальную, когда пошла с ним. Села позади на блестящий байк, как в воду бросилась. А когда полетел вперед, зажмурилась от страха и бешеных эмоций. В лицо ветер холодный, а я прижимаюсь к горячему сильному телу. Нет. Девчонки зря переживали. Он не сделал ничего плохого, хотя и отвез меня на берег реки, где мы познакомились. Сегодня здесь было тихо и безлюдно. Мы сидели у воды и целовались. Амин не торопился, хоть я чувствовала, что страсть съедает и его. Он был нежен, в его руках тогда я чувствовала себя драгоценной жемчужиной.

— Ты свела меня с ума! Околдовала в ту ночь, — шептал он. — Я тебя хотел забыть и не мог.

— Я тебя тоже помнила, — шепчу я.

— Как зовут тебя, русалка?

— Марина, — да. Именно так меня звали тогда. Теперь осталось не так много людей, кто знает это имя. Потому что Марина давно умерла.

***Слышу шаги на лестнице. Не оглядываюсь. Знаю, что это бармен пришел следом. Нашел меня здесь. Не сомневалась, что так и будет.

— Прячешься? — спрашивает он.

— Нет. Тебя жду. Ты ведь хотел остаться со мной наедине? Давно ловлю твои взгляды, Данил, — произношу немного на распев. Его дыхание сбивается. Хочет меня, ловит каждый вздох. Нет. Многое тебе не обломится, мальчик, но сегодня ты мне нужен.