Стоит ли говорить, что я почувствовала в этот момент? Наверное, нет. Словами это не передать. Только я никогда не забуду горячее чувство, разлившееся внутри. Теперь мы частенько спим вместе, обнявшись. И общаться мы стали тоже ночами, в тишине. Наша связь потихоньку крепла, души открывались друг другу. Началась она с робких вопросов, первых небольших откровений. Сейчас же моя малышка рассказывает обо всем, что произошло с ней за день. Ей тоже нелегко. Как только приехали, мы поселились в доме Василия Николаевича. Мне почему-то хотелось привести дочь именно сюда. Я была уверена, что Василий Николаевич увидит оттуда сверху, что его старая мечта сбылась. Дом наполнен жизнью и детскими голосами. Девочка была в восторге, мы активно начали обустраивать для нее комнату. Отказать нашей принцессе ни в чем не могли, хоть она и не наглела. Наоборот, в огромном торговом центре растерялась, робко смотрела по сторонам, ничего не просила, но стоило ей с интересом взглянуть на игрушку или красивое платье — и это попадало на кассу. Только потом, когда мы распаковывали гору покупок, она задумчиво сказала:

— У меня никогда не было столько красивых игрушек, такой комнаты и мамы с папой. Это так здорово! Если бы бабушка выздоровела, я была бы самой счастливой!

И нам очень хотелось сделать нашу малышку самой счастливой, но не все подвластно. Тут мы были бессильны, как и медицина. Джанат таяла на глазах. Болезнь прогрессировала. Да и сама женщина как будто сдалась. Видимо и правда ее на этом свете держала только мысль, что Зоряна пропадет без нее. А теперь, когда Джанат поняла, что девочка в надежных руках, бороться перестала. Прогнозы врачей были неутешительны. Они давали ей несколько месяцев, не больше. А притом, что Джанат фактически отказалась от лечения, и того меньше."

"Зоряну мы отдали в школу, но ей оказалось там тяжело. Все-таки девочка выросла в глухой деревне, многого не знала, среди городских детей чувствовала себя белой вороной. Смотреть на это было очень тяжело, мне хотелось прибить всех малолетних засранцев, которые обижали мою крошку. Терпение, как известно, не мой конек. И после нескольких таких инцидентов мы с Амином решили забрать Зоряну из школы. Я серьезно опасалась, что не выдержу, и пришибу кого-нибудь из хамоватых малявок или их зажравшихся родителей. Мы решили пропустить этот год, подготовить девочку на домашнем обучении, усиленное внимание уделяя английскому, чтобы потом переехать в Лондон и отдать ее в школу уже там. Основной бизнес Амина в другой стране. Ему итак приходится разрываться. По его словам, за время, когда он разбирался со всеми нашими общими проблемами, они упустили несколько крупных сделок. Отец Амина зол еще и из-за этого. Амин уже пару раз улетал в Англию на несколько дней.