Жаль, что сегодня на пути попался этот мальчик, хотя… Через пару тройку лет он тоже станет прожженным мерзким мужланом с раздутым самомнением.

Все, малыш, на сегодня ты получил даже больше, чем мог рассчитывать. Поэтому ты напрасно расстегиваешь ремень. Но это дает мне удачный момент, чтобы ускользнуть. Соскакиваю с подоконника, присаживаюсь, не сводя взгляда с его лица. Наверняка он читает в моих глазах страсть и неудовлетворенное желание, хоть их там и нет. Мальчик думает, что собираюсь ублажать ртом, но его ждет крупный облом. Поглаживаю возбужденную плоть через ткань. Он стонет и закрывает глаза. В этот момент я подхватываю обувь и бросаюсь по лестнице вниз. Когда милый бармен поймет, в чем дело, я буду уже далеко. Найти меня он не сможет.

Глава 3

Жаль бармена, но откуда же ему знать, что секса, как такового, в моей жизни уже нет много лет. Когда-то я съела столько этого дерьма, что хватит на жизнь вперед. Последний, кто полноценно побывал в моей постели, был Андрей. Тогда-то я и решила, что больше в этом не нуждаюсь. Сломалась во мне что-то, а может изначально неправильно работало. Могу играть мужиками, чтобы оттолкнуть потом, но не более того.

Секса в моей жизни было много, а вот удовольствие все осталось в том лесном домике на берегу озера.

***Мы засыпали и просыпались вместе. Вместе ели, вместе купались в озере, вместе гуляли, мечтали, любили. Амин обещал, что не отпустит никогда, я верила. Он мало рассказывал о своей семье, но я поняла, что в городе он помогает дяде с бизнесом, у него есть своя квартира, а значит, с началом учебного года нам не придется расставаться. Только иногда Амин становился серьезным и далеким. Особенно когда звонил его телефон, и он разговаривал эмоционально с кем-то на чужом языке. Семья его матери была из Дагестана, а вот отец — русский. Видимо, Амин пошел в отца, потому что он не был похож на дагестанца, только глаза взял от матери и черные как смоль волосы.

Через неделю закончился наш рай. Я вернулась домой, а Амин уехал в город. Обещал приехать к следующим выходным. Обещал звонить. Все так и было. Первые дни он звонил часто, спрашивал, как дела, чем занимаюсь. Мы подолгу разговаривали, смеялись. А потом как-то вечером не позвонил. Я ждала, время шло, но телефон молчал. На следующий день я позвонила сама, но его телефон оказался отключен. Сначала я уговаривала себя, что у него дела, но он не позвонил ни через день, ни через неделю. Самое страшное, что я не знала больше ничего, ни адреса, ни другого телефона. Я пробовала пойти в дом его дяди, но меня и близко не пустили. Прогнали и сказали, если жизнь дорога, чтобы больше и близко не подходила. Кто же знал, что это не пустая угроза.

Я не могла поверить, что Амин предал меня, сердце горело и рвалось, поэтому я упорно ходила к тому дому.