Не знаю, через сколько очнулась, но первым, кого увидела рядом, был Гадаров.

Голова страшно болела, как и все тело, перед глазами по-прежнему плыло, а вокруг стоял невообразимый шум. Я не понимала, что происходит, да и не пыталась разглядеть, но вот подняться…

– Тихо, родная, тихо. Не двигайся.

Голос Демида я узнала сразу. Но вот к кому он обращался?

К Алисе, подумала тут же. И сразу лавиной накрыло всё то, о чем поведала его бывшая невеста, а теперь уже чужая жена.

Интересно, а знает ли он про ее свадьбу, про своего бывшего одногруппника? Кстати, как его там зовут? За… Зыков?

Точно.

– А Алиса в порядке? – сглотнув сухим горлом, прошептала плохо слушающимися губами."

"Вспомнила, как Белова отбивалась от второго преступника. Значит, ей тоже вполне могли навредить, как и мне.

– Она с Ванькой. С ней все хорошо, – Демид склонился к самому лицу и, едва касаясь пальцами кожи, убрал с глаз растрепавшиеся волосы.

Ну вот, снова я неопрятная, и на голове не пойми что.

Кольнуло осознание своей неидеальности, но озвучила другое:

– У меня что-то с глазами, я плохо вижу, – зашарила руками, надеясь все же подняться, раз Гадаров не помогает.

– Не пытайся встать, – тут же придержал он. – Лежи тихо, Сашка, но не смей меня покидать.

Демид не меняется! И опять командует.

Фыркнула про себя. Только на этот раз мысль не заставила взъерепениться и огрызнуться. Наоборот, согрела.

Если он рядом, всё будет хорошо.

С ним у меня всегда все хорошо.

По-другому это не работает.

Слабо улыбнулась, разбитые губы большего не позволяли, и снова закрыла глаза.

Сейчас так было легче для измученного организма.

ДЕМИД

– Где чертова скорая? Этот подонок ее ранил! – взревел в бешенстве, заметив, что Санька всё-таки отключилась.

– Уже внизу, поднимаются, – высунувшись в окно, сообщил Рублев.

И действительно, не прошло и трех минут, как квартира малышки наполнилась очередными посторонними. Аккуратно передал свою девочку в руки врача и двинулся на ублюдка, тронувшего моё сокровище.

Убью, тварь.

Билась в мозгу одна-единственная мысль.

Он этими грабалками больше чайную ложку держать не сможет, не то что на кого-то руку поднять.

Даже сейчас, когда принцесса была в безопасности, и ею занимались специалисты, меня не переставала бить мелкая дрожь, а дыхалка не восстанавливалась. Перед глазами раз за разом мелькал кошмарный момент, как кулак мудака летит ей в лицо, она падает и ударяется виском об угол стола.

Мало я ему врезал, когда только попал в квартиру, следовало добавить, но Иван оттащил, а потом уже и сам от Сашки не мог отойти. Держала маленькая, словно канатами. Нет, не руками, а беззащитностью своей, хрупкостью и ранимостью.