Поэтому поддерживал друга. И предстоящее противостояние меня не пугало. Наоборот — я даже предвкушал это. Адреналина будет — мама не горюй. А я это дело любил!

К вечеру почти все было готово, и я махнул к другу домой. Хотелось посмотреть ему в глаза, проверить верно ли я сделал выводы.

А в дверях столкнулся с Францем.

— Гриша, — кивнул ему. Тот демонстративно скривился. Не любил, когда звали по имени.

— Не начинай.

— Как он?

— Ранение? Жить будет.

— Но? — Франца я знал немало. И хотя тот был довольно скрытным и замкнутым, за это время уже научился различать мельчайшие изменения в его интонациях.

— Но в остальном пора бы и поберечься.

— В каком смысле? — уцепился я.

Григорий покачал головой.

— Не мальчик уже скакать-то.

— Ты на что намекаешь? — вкрадчиво поинтересовался я. — Считаешь, Волков стареет и ему пора на покой?

— Побойся черта, — скривился тот. — Твой босс еще нас всех переживет.

— Тогда о чем речь?

— А ты у него сам спроси.

Его намеки мне не понравились. Если про Машу догадался ФРанц — значит, дело плохо.

— Я у тебя спрашиваю!

— Олега лихорадит, — очень серьезно ответил Гриша. — И это не к добру. Разговоры разные ходят. Он уже долго у власти, а ты сам знаешь, как бывает…

— Есть что-то конкретное?

— Ничего, о чем бы ты не знал. Но, Арес, — добавил он, выдерживая паузу, — в городе неспокойно.

— Говори прямо, — раздраженно цокнул я. — Догадок и у меня хватает.

— Мне уже пару раз залетали вызовы с передозом.

— И? Для тебя это что-то необычное? Ты вроде не отказываешь богатым клиентам…

— С необычным передозом, — с нажимом произнес он. — Ты понимаешь о чем я?

— Твое мнение?

— Эта дрянь пахнет соседством с Самойловым, — многозначительно ответил хирург.

— Много знаешь?

— Коллега поделился, когда спрашивал совета как быть с ребенком клиента.

— Ребенком?

— Пацан совсем. Четырнадцать лет. Едва откачали. Отец ничего не замечал довольно долго, хотя его нельзя назвать плохим родителем…

— Твою мать, — не сдержался я.

— Все так плохо?

— А что хорошего, Гриш? Это нормально, когда вот так?

— У вас есть варианты?

— Ты всегда сам по себе, — усмехнулся я. — Всегда по своим условиям работаешь. Но вот тебе вопрос — когда придется выбирать, куда свернешь ты?

Франц ответил не сразу.

— У меня ведь еще есть время подумать… — А затем, кивнув на прощание, покинул дом.

Олег был в кабинете. Мрачный и задумчивый.

— Все почти готово. Завтра заберу ключи — и можно въезжать. Мебель на месте, свидетельство подготовили.

— Хорошо, спасибо, — ответил друг, едва мазнув по мне взглядом.

— Ты как? — спросил, кивнув на ранение.

— В порядке. Франц сказал — на мне, как на собаке.

— Он в курсе новой дряни.

— Уже? — Волков даже не удивился, судя по голосу.

— Коллега поделился.