— Солнышко моё! Ясочка! — гладил её пышные косы Роман и шептал, утешая: — Уедем! Сейчас уедем! Мы здесь для того, чтобы вызволить тебя, отвезти домой… Мы истосковались, разыскивая тебя и Златку…

На некоторое время и Арсен, и Роман, потрясённые встречей со Стёхой, выпустили из поля зрения старика Ямгурчи. Это было совсем короткое мгновение, но его оказалось достаточно, чтобы хитрый старик дал знак своим домочадцам — и они окружили двух чужаков и девушку.

Ямгурчи одной рукой схватил Арсена за плечо, а вторую, с кривым ятаганом, занёс над головой.

— Неверная собака! Признавайся, кто ты! — Глаза старика пылали злобой, крылья хрящеватого носа раздувались от возбуждения.

Арсен понял, что они попали в критическое положение и силой тут ничего не сделать. Оставалось лишь хитрить.

— Ямгурчи-ага, не к лицу правоверному так принимать гостей, будто они ворвались в твой дом, словно разбойники… Ай-ай-ай! А Кучук-бей, Чора и Варвара-ханум расхваливали тебя — умного, доброго и преданного их семье человека.

Эти слова на старика не подействовали. Он сурово сказал:"

"— И Кучук-бей, и мой воспитанник Чора, и Варвара-ханум, да будут благословенны их дни, не ошибались, когда так говорили… Но чем объяснить, что эта дивчина-гяурка узнала вас и обрадовалась, как братьям? А?

— Потому что мы и есть её братья.

— Вот видишь!

— Но это вовсе не означает, что тебе надо нападать на нас…

Рослые юноши — а их было с добрый десяток — молча слушали разговор деда с чужеземцем, готовые в любую минуту пустить в ход короткие буджакские кинжалы.

— Я должен охранить себя и свою семью от беды, гяур!

— Какая тут беда? Нас всего двое, и мы приехали, чтоб повидаться с сестрой… Вот разрешение от Кучук-бея и Чоры. — Арсен достал ярлык.

Ямгурчи, увидев кусок пергамента с чёрными стрелами, тут же отпустил руку, держащую ятаган.

— Тамга[71] Кучук-бея! — вырвалось у него. — Почему ты сразу не показал её, неверный?

— Не успел…

— Прости. Я не знал, что у тебя есть ярлык мурзы, — миролюбиво произнёс старик и прикрикнул на своих: — Прочь отсюда и запрячьте свои ножи!

Домочадцы Ямгурчи проворно отбежали в сторону, сбились в кучу и продолжали рассматривать иноземцев.

— Незачем просить прощения, Ямгурчи-ага. Ты поступил так, как сделал бы каждый на твоём месте, — успокоил старика Арсен. — Мы не обижаемся на тебя… А вот если дашь нам напиться, будем благодарны.

Стёха метнулась было к юрте, но Арсен успел придержать её за руку и шепнул:

— Будь возле нас…

Ямгурчи приказал:

— Принесите гостям воды! Да холодной… А вы, — напустился на женщин и детей, — прочь отсюда!

Майдан перед юртами опустел. Только любопытные подростки, поблёскивая чёрными глазами, толпились поодаль.

Вдруг один из них вскрикнул:

— Смотрите! Смотрите! Кто-то ещё скачет сюда!..