— А почему тут несколько аналогичных бумажек? — спросил я, глядя на описание одного и того же заказа, наклеенного на доску аж в количестве пяти штук.

— Да чтоб сразу несколько игроков могли взяться за это дело. И если листы закончатся, а задание не будет закрыто, то на доску прилепят ещё. Ну а когда кто-нибудь закроет заказ — все бумажки рассыплются в прах. Магия.

— А кто всем этим занимается? В смысле, клеит новые листочки, принимает заказы?

— Банк, — ответила Тила. — Всё через него.

— Действительно, дьявольское место, — задумчиво проронил я, а потом заметил среди физиономий рисунок летающего судна и удивленно выдохнул: — Так тут и на корабли заказы есть?!"

"— Ага, — проронила она, покосившись на сатира и эльфа, которые дожидались нас чуть в отдалении.

— Но этот заказ давно уже висит. Его невозможно выполнить, не имея другой такой же мощной птички, а у тёмных их не так много. Короче, никто не хочет связываться с этой хренью.

— А награда-то жирная… — протянул я, жадно глядя на цифру в пять тысяч золотых монет. Мои алчные тараканы, обитающие в голове, мигом подсчитали, сколько всего можно купить на эту сумму и брыкнулись в обморок.

Да и я чуть не последовал за ними. У меня аж ноги подкосились, а между губ выступила слюна.

Вдруг девушка произнесла, заломив бровь и криво глядя на моё лицо:

— Чего это с тобой? У тебя такая рожа, будто ты шырнулся.

— Да я просто представил, что на тебе женился.

— Фу! — скривилась Тила.

— Вот и я так подумал. Да и от слова жена вскоре начинает пахнуть тухлым сексом…

— Да ты… — вскинулась она, явно желания добавить парочку отборных матюгов, но потом как-то взяла себя в руки и прорычала: — Пошли отсюда.

И энергично потопала к другой части отряда.

А я с тяжёлым вздохом пошёл за ней. Перед моими глазами всё ещё стоял устрашающий корабль светлых. Он назывался «Погибель тёмных» и имел три паруса. Дриада была права — мощная птичка.

Когда мы подошли к эльфу и сатиру, то последний проблеял:

— Ты бы лучше-э-э не отлучался далеко от отряда-а-а, а то в этом городе-э-э полно мошенников.

— Ерунда. Мне они не страшны, — отмахнулся я и весело добавил: — Однажды, ко мне пристала цыганка, а через пять минут я ей нагадал дальнюю дорогу, выудил все деньги, изъял золотой зуб и… коня увёл.

Леопольд громко засмеялся, а сатир начал ему подхихикивать. Дриада же лишь сокрушённо покачала головой, закатила глаза, а затем и вовсе — быстро двинулась через площадь. Мы заторопились за ней.

Вскоре девушка привела нас к трёхэтажной таверне, чей фасад был отделан тонкими деревянными рейками, а над дверью покачивалась вывеска «Гавань». Я хмыкнул, глянув на название, а затем вошёл внутрь следом за троицей спутников и оказался в просторном зале, который не слишком отличался от того, что был в «Весёлом мяснике».