Мне удалось купить за две золотые монеты простенький стальной щит, похожий на тот, которым я орудовал у Грома, а также за пятьдесят серебряных взял перчатки на рыбьем меху и такие же сапоги, обошедшиеся в один золотой. Надеюсь, я в них ноги не отморожу.

Я торопливо напялил обновки, лишившись бонусов, которые давали прежние ботинки и печатки. И вот теперь мне можно было топать наниматься в караван, хотя жутко хотелось зайти в банк и взять награду, но я же не дурак. Светлые явно ещё не сняли с него наблюдение, так что я где-нибудь в другом городе забегу за деньгами.

Скорее всего, это произойдёт в Есевоне, так как мне надо в кратчайшие сроки заплатить штраф.

Пока же я пошёл к городским воротам, где должен тусоваться караван. Но стоило мне покинуть базар, как я тут же напоролся на гоблина Мича и рыжую девицу. Они выскочили из подворотни, явно поджидая именно меня. И вид светлые имели крайне решительный и даже злобный. Они сменили одежду на стальные доспехи, словно подчёркивали, что настроены весьма серьёзно, и топали ко мне, едва не рыча.

Но меня такими гримасами не проймёшь. Я сам пошёл в атаку, глумливо бросив:

— Какие люди и без корабля… Вы стали такими приземлёнными.

Любо-дорого посмотреть.

— Кто подговорил тебя убедить Бруха сделать скидки, а?! — гневно выдохнула рыжая, положив руку на рукоять меча, покоящегося в ножнах на бедре. — Кто твои сообщники?!"

"— Отвечай! — рыкнул гоблин, у которого появились круги под глазами.

— Это все американцы! Они заставили меня! — провизжал я, заламывая руки и украдкой оглядывая пустынную улицу. — И в лифте тоже они насрали!

— Значит, не хочешь по-хорошему? — вкрадчиво протянула девушка, играя крыльями носа.

— Хочу, — улыбнулся я и подмигнул ей.

— Тогда отвечай! — бросил Мич, хрустнув шеей.

— Та-а-к, кто подговорил меня? Наверное, чувство жалости. Мне стало так жалко Бруха. Ну, вы ведь видели его? Он же чуть менее жалок, чем этот коротышка, пытающийся выглядеть свирепым и крутым. Слушай, может мне и тебе помочь?

— Мразь! — выплюнул тот и выхватил из-за пояса метровую духовую трубку.

— О, сыграть решил? Самое время, — ядовито усмехнулся я.

— Мич, — выдохнула девушка и быстро положила руку на трубку.

— Не надо. Он не стоит этого. А ты, урод тёмный, не нагнетай, а отвечай. Какой у тебя класс?

— Одиннадцатый бэ. Школу назвать? — проговорил я, оскалившись во все тридцать два зуба, а потом серьёзно сказал: — Товарищи светлые, вы просто теряете время. Те, кто умудрились расхреначить ваш корабль, свалили отсюда ещё вчера. И это явно топовые игроки, а не новички. Так что дайте мне дорогу. У меня, знаете ли, есть дела поважнее, чем объяснять прописные истины двум туповатым светлым.