Безупречно одетая – в синий плащ с серебристой меховой опушкой и темное платье из плотной ткани, идеально сидящее на ее фигуре. Тонкие кожаные перчатки облегали красивые изящные кисти – мама держала в руках инкрустированную шкатулку с позолоченными углами.

С Аннаритой прибыло еще двое – молчаливые центинцы в форменных одеждах, со знаками военного флота, но без оружия.

Но, глядя на мать, нисколько не изменившуюся с последней нашей встречи год назад, я прекрасно понимала, что оружие у нее все-таки имеется, и ей вовсе не нужен клинок в ножнах.

Аннарита считалась лучшей целительницей Академии Магии Изиля – именно так о ней отзывалась магесса Финли.

Ее преимущество заключалось в другом – в холодной и отточенной красоте и в умении ею пользоваться, очаровывая и склоняя на свою сторону каждого, кто попадал в сферу маминых интересов.

А еще – в совершенно безжалостном сердце и стремлении заполучить желаемое любой ценой.

Уж кто-кто, а мама умела идти по головам.

Тем временем Аннарита остановилась в паре шагов от Рейна. Поклонилась ярлу изящно и уверенно, словно стояла не перед теми, чей город центинцы пытались захватить, а прибыла на бал в дом изильской знати.

– Я благодарна за то, что вы меня приняли, – произнесла она, и голос ее прозвучал мягко и певуче. – Меня послали к вам с вестью и дарами.

И только тогда ее взгляд скользнул с Рейна в мою сторону.

Мама тотчас же мне улыбнулась, но в глазах ее не было ни капли тепла, только холодный расчет.

У меня не осталось ни малейших сомнений – она прибыла сюда по мою душу.

Аннарита все же отвернулась. Посмотрев на Рейна, она царственным жестом раскрыла шкатулку, которую держала в руках.

– Дар ярлу клана Серого Волка и жителям Скьорвина, – сладким голосом произнесла мама. – Центин сожалеет о своих поспешных действиях и приносит свои глубочайшие извинения, а заодно шлет подарки. Не только то, что находится в этой шкатулке, но и то, что мы привезли с собой на корабле.

С этими словами она закрыла крышку, и содержимое я так и не рассмотрела. Увидела лишь то, что оно сверкало и переливалось драгоценными искрами на весеннем солнце.

Тем временем центинцы, стоявшие на причале, принялись с помощью парней из дружины Рейна выгружать со шлюпа бочки – запечатанные сургучом и, кажется, с клеймом центинского винодельческого дома.

– Шесть бочек вина прямиком с жаркого юга Центина, как раз к столу победителей, – все тем же приторным голосом добавила Аннарита. – Мы надеемся, что этого будет достаточно, чтобы скрасить последствия произошедшего недоразумения.

«Недоразумение» – вот как назвали центинцы свое подлое нападение прошлой ночью!..