Он сжал в ответ мою руку, и я ощутила идущее от него тепло.

Отпустил.

– Всегда к твоим услугам, Аньез Райс! – сообщил мне. Затем добавил менее формально: – Рад, что нам удалось тебе помочь!

– Надеюсь, мы скоро увидимся? – спросила у него. – Вы ведь не уплывете в Хъедвиг… уже сегодня вечером?

Пожалуй, это было бы довольно ужасно, промелькнуло у меня в голове.

– Пока еще нет, – отозвался Рейн. – У меня много дел в Меерсе, так что мы задержимся на несколько дней. Думаю, я постараюсь появиться вечером во дворце. Как-никак день рождения короля Сигверда!

На этом наш разговор подошел к концу.

Мне хотелось еще что-нибудь добавить, но в голове крутились лишь глупости – что-то вроде «Я буду там тебя ждать!».

Но я решила, что это все-таки глупость, поэтому молча кивнула.

Зато Эрвальд молчать не собирался.

Подошел и напомнил о себе, сказав, что нам пора оправляться. Смерил Рейна недовольным взглядом, после чего увел меня в карету, но по пути я не забыла захватить с собой Маису и Кассима.

И уже скоро за окном роскошного экипажа принца потянулись жилые кварталы Меерса.

Эрвальд никуда не спешил, поэтому карета катила медленно. Маиса прильнула к окошку, рассматривая столицу Хастора с открытым ртом – особенно ее поражало то, что женщины здесь ходили с открытыми лицами и волосами. Да и платья у них тоже были не самыми консервативными.

Кассим делал вид, что спит, но я знала, что мой телохранитель внимательно следил за каждым движением принца. И если бы тот…

Впрочем, Эрвальд не собирался нарушать правила приличия. Развлекал меня забавными историями до момента, пока мы не прибыли к особняку на улице Славы Хастора, ставшему домом для моей команды.

Ну что же, щедрость хасторской династии внушала уважение, и двухэтажный особняк, окруженный ухоженным садом, оказался великолепным. Я увидела чудесный фасад с множеством колонн, резные ставни на больших окнах, за которыми угадывались просторные залы. Имелся даже гвардеец на воротах, который, стоило карете принца подъехать, тотчас же распахнул створки, и под нашими колесами зашуршал гравий подъездной дорожки.

Вскоре мы остановились возле крыльца, но в дом Эрвальд со мной не пошел.

Галантно помог мне выбраться из кареты, затем, улыбнувшись, сказал, что это время принадлежит исключительно мне, тогда как мы снова встретимся уже сегодня вечером. После чего попрощался, и я в очередной раз поблагодарила его за щедрость и за столь великодушную заботу обо мне и моей команде.

Карета уехала, а я толкнула резную дверь особняка, не забыв перед этим стукнуть латунным кольцом о пластину, чтобы все узнали о нашем приезде."

"В прихожей было прохладно.