Я бесконечно благодарна ему за все, не могу даже представить своей жизни без него.

Он очень переживал, что не сможет дать мне тот уровень жизни, к которому я привыкла с Рыковым. Но со временем я смогла убедить его, что мне не важны материальные блага. Наша маленькая, уютная квартирка на окраине Москвы мне нравится гораздо больше бездушного замка. Я отчаянно люблю, знаю, что не менее любима. Это главное, и ничего больше не нужно.

Поддавшись порыву, тихонько дую на лицо Егора. Смешно морщится, но не просыпается. Лукаво закусываю губу и осторожно очерчиваю пальцами линию его бровей, скул, спускаюсь к губам. Увлеченно глажу и пропускаю момент, когда он просыпается и хватает мой палец зубами. Вздрагиваю всем телом от неожиданности и начинаю смеяться.

– Хулиганка, – улыбается Егор и открывает глаза.

– Доброе утро, – шепчу ему на ухо.

– Пока не очень…

Приходится исправлять ситуацию. Беру его лицо в ладони и нежно приникаю своими губами к его. Егор не теряется и быстро перехватывает инициативу, даря мне настоящий чувственный поцелуй.

– Вот теперь значительно лучше, – расплывается он в ленивой кошачьей улыбке.

– Что хочешь на завтрак? – укладываюсь ему на грудь и пальцем вырисовываю занятные узоры.

– Тебя, – хрипло отвечает и начинает тянуть меня вверх.

– Ну Егор… – притворно упираюсь и пытаюсь сопротивляться.

– Ничего не знаю, иди сюда.

Он одним махом усаживает меня сверху. Чувствую сквозь тонкую ткань пижамных шорт его боевую готовность и закусываю губу от предвкушения. Нежно и одновременно страстно он проникает в меня, заставляя дрожать от удовольствия и наслаждения. Хочется верить, что так будет всегда.

* * *

Выхожу из душа и ощущаю волшебный аромат кофе. Егор, в отличии от меня, умеет варить его филигранно. Обычно мое утро начинается с этого напитка, но сегодня мутит от одного запаха. Горький ком подкатывает к горлу, а в голове раздается тревожный звоночек. Не может быть…

Зажимаю нос рукой и прохожу на кухню. Егор суетится у плиты, готовя нам завтрак, и не смотрит на меня. Как он отреагирует? Мы ведь даже не обсуждали такую вероятность. А если он не хочет детей?

Сажусь за стол и нервно перебираю в голове числа, пытаясь найти, когда в последний раз были критические дни. И не помню. После тех событий прошло два месяца, и все это время я не пила таблетки. Просто забыла о них. Мамочки. Закрываю лицо ладонями и боюсь поверить в происходящее.

– Все нормально? – Обеспокоенный голос Егора проникает в мои мысли и мягко окутывает меня заботой. По-хорошему, надо сначала все проверить, но я не могу носить это в себе.

– Не знаю… – качаю головой и поднимаю на него глаза, полные надежды и страха.

– Не пугай так. – Егор хмурится и садится на стул рядом со мной.