— Да уж! — Это короткое замечание Тони прозвучало весьма многозначительно. — Вы разговаривали с Раскином как раз перед тем, как он покинул гостиную леди Эмери. Я хочу знать, о чем вы говорили… и почему, черт возьми, вы, в конце концов, пошли в сад, где и обнаружили его тело?..

Да, кто бы он ни был, виконт знает слишком много. Алисия вся похолодела. Допрос он тоже вел весьма умело: несмотря на сдержанный тон, в поведении ее собеседника все время ощущалась какая-то угроза, и уклониться от его вопросов было совершенно невозможно. Теперь у Алисии не было абсолютно никаких сомнений в том, что ему действительно поручили провести расследование.

— Я… я уже говорила вам, что не согласилась принять предложение Раскина выйти за него замуж. В тот вечер он подошел ко мне и попросил выслушать его. Я отказалась, поскольку мне надо было присматривать за Адрианой, но он продолжал настаивать, и мы отошли в сторону. Вот тогда-то Раскин и сообщил мне, что живет неподалеку от Бледингтона и что на прошлое Рождество видел нас на площади в Чиппинг-Нортоне…

Алисия взглянула в черные глаза виконта, сосредоточенно смотревшие на нее, и, вздохнув, принялась рассказывать дальше:

— Так вот, он видел нас там, но мы с ним никогда не были знакомы и вообще никогда не встречались, пока не приехали в Лондон.

— И что же такое он знал про вас?

Чувствуя, что на этот раз отвести взгляд в сторону ей не удастся, Алисия секунду подумала, облизнула губы и затем уверенно произнесла:

— К его смерти это не имеет никакого отношения. Просто не может иметь. Это касается только меня лично.

Тони почти минуту не сводил с нее глаз, но она не шелохнулась и не произнесла больше ни слова.

Ее поведение было не столь вызывающим, но в этом вопросе она оставалась непреклонной: от нее он больше ничего не узнает.

Наконец Тони со вздохом оторвал от нее взгляд и ненадолго задумался.

— А кто-нибудь еще в Лондоне знает о том же, о чем знал Раскин? — внезапно спросил он.

— Нет-нет… Думаю, нет, — более твердым голосом прибавила она.

— Стало быть, Раскин сделал вам гнусное предложение пригрозил выдать вас… — Тони старался не думать о том, Насколько оскорбительной была эта мысль.

 — Что же было дальше?

— Я попросила у него времени на размышление, и Раскин дал мне двадцать четыре часа, пообещав зайти на следующий день вечером… А потом он ушел. — Она снова замолчала.

— И что же дальше?

— Понятно, я была очень расстроена… — Алисия даже сама не заметила, что поднесла руку к горлу, — и попросила стакан воды, а потом села и стала думать. Неожиданно мне пришла в голову мысль, что от него можно откупиться.