Однако члены его семьи, скорее всего, знают о том, что у него был анонимный компаньон; поэтому я изъял все документы, свидетельствующие о нашей совместной деятельности, и заменил их другими, из которых следует, что это вы сотрудничали с ним. Так что когда ваш Тони и его друзья доберутся до них, они обнаружат свидетельства, которые приведут их к вам — то есть туда, где они и должны были сосредоточить свое внимание с самого начала. Вряд ли они очень обрадуются этому, но у них не останется иного выбора, кроме как обвинить во всем вас. Я достаточно, преуспел в искусстве направлять общественное мнение и мнение высшего света в нужную мне сторону, так что можете не сомневаться: ваше бегство вызовет ажиотаж, и всю вину непременно возложат на вас. Вы, разумеется, не сможете ответить на обвинения, потому что в Лондоне вас уже не будет, и это только усилит подозрения. Ваше исчезновение сочтут косвенным признанием вины, и ваши сторонники не смогут этому ничего противопоставить. Когда же ваше тело, в конце концов, будет найдено — а уж об этом-то я позабочусь! — то все решат, что вы, терзаясь угрызениями совести, чувствуя, что следствие все теснее сжимает вокруг вас свое кольцо, и видя, что над вами и вашей горячо любимой семьей нависает угроза неминуемой катастрофы… в общем, вы избрали единственный достойный выход.

— Вы сказали, — с презрением в голосе ответила Алисия, — что лорд Торрингтон и его друзья очень настырные: так вот, моя смерть не убедит их в моей виновности — они не остановят расследование, а, наоборот, удвоят свои усилия.

Алисия была в этом абсолютно уверена, однако сэр Фредди лишь снисходительно улыбнулся:

— Тут все дело в том, как этот Торрингтон поведет себя, когда будет найден ваш труп.

Алисия в недоумении взглянула на него, и сэр Фредди, заметив это, вновь расплылся в улыбке.

— Он влюблен в вас, и, боюсь, это не какое-то мимолетное увлечение, а нечто гораздо более серьезное. Как вы думаете, каково ему придется, если именно он найдет вас мертвой?

Алисия никак не отреагировала на этот вопрос, не желая обнаружить перед ним свои мысли; этот высокомерный глупец еще не знает, что сказанные им только что слова заставят ее бороться до конца.

— Когда же вас не будет и защищать Торрингтону будет некого, он удалится в свой Девон, в глухое захолустье, а остальные без него вести расследование не смогут. Вот таким, дорогая моя, мне видится финал всей этой истории.

Алисия вздохнула, но ничего не сказала в ответ, думая лишь о том, что должен же, в конце концов, существовать какой-то способ расстроить его планы. Поражение для нее означало смерть, а умирать она вовсе не собиралась.

Откинувшись на спинку сиденья, Алисия еще раз проанализировала весь его план.