— Лолочка, смотри! — Пружинка ткнула пальчиком в пруд.

Я как раз стараюсь не смотреть, изо всех сил.

Присмотрелась и увидела, как из зарослей выплыла мама утка, за которой пунктиром желтых шариков спешил выводок утят. Р-раз, и мама нырнула в воду, «цыплятки» замерли, потом заволновались, носясь с криками по тому месту, где она только что плыла. Но утка вынырнула, и в семействе воцарился мир.

Над водой порхали разноцветные огромные стрекозы, едва слышно шелестя крылышками. Одна пронеслась совсем близко. И еще одна. Ой, это не стрекоза, это…

— Фея?! — потрясенно выдохнула я, глядя на крохотную фигурку, которая приземлилась на руку Пружинки.

— Самая настоящая! — подтвердила девочка, рассмеявшись. — Мия, познакомься, это Лолочка, моя мачеха.

— Будешь обижать малышку, врежу! — создание размером со стрекозу погрозило мне кулачком, грозно сведя брови к переносице.

— Не буду. И это Соломея ее обижает, ей надо врезать.

— Ведьма она, — Мия вздохнула. — Ничего не берет дурную бабу. О, клубничка! — она вспорхнула на край тарелки и принялась за ягоды.

— Опять трескает! — рассыпая вокруг золотистые искорки, к ней подлетала вторая фея.

— Это Фиа, — шепнула Пружинка, — она у них главная.

— Отштань, — отозвалась первая. — Обошшшаю клубничечку!

— Ай! — третья села рядышком и начала болтать ножками. — Меня чуть гадкая лягуха не съела, представляете?"

"— А это Лия, младшая, — девочка прижалась ко мне. — Лолочка, пойдем купаться?

— Хватит выдумывать, — наставительно глядя на Лию, произнесла Фиа. — Враки это все, лягушки фей не едят!

— Художественный вымысел, а не враки!

— Стукну!

— Попробуй!

— Сейчас подерутся, — вздохнула девочка.

Едва мы успели выйти из-под тени дерева, там что-то полыхнуло, затрещало и во все стороны посыпались искры. Над моим ухом просвистела клубничинка.

— Фух, — феечки одна за другой шлепнулись на траву, мотая головами. — Ну держитесь, нахалки! — и пошли в рукопашную.

— И часто они так? — наблюдая за визжащим клубком, который катался у наших ног, спросила я.

— Постоянно! — Пружинка захихикала в кулачок.

— Опять сцепились! — Янур подошел к нам.

От него пахнуло холодом и одновременно жаром. Как так?

— Девочки, хватит! — он хлопнул в ладоши, и клубок дерущихся фей распался на составляющие.

Да уж! Мы с малышкой захихикали, глядя на взлохмаченных фей, одна из которых щеголяла фингалом, другая царапиной на щеке, а третья горевала, рассматривая сломанную волшебную палочку.

— Стыдоба, — за всех ответила Фиа. — Брысь! — она взмахнула жезлом, и все трое растворились в воздухе, оставив после себя только золотистый вихрь и поломанную палочку.