Гилберт, после очередного падения угнездившийся на корточках, поднял к нему мутный взгляд.

— Это… ик!.. оч-чень… люб-безно… с-с… в-вашей… ик!.. стороны… л-лорд…В-ви… Вы… В-ви-ы-ы… — Заплетающийся язык так и не смог выговорить «Викандер», и Поллоу, устало отмахнувшись, замолчал, бессильно осев на пол и снова икнув.

— Позорище, — проворчал Мартин; шагнул ближе, поднял белого мага за воротник распахнутой и мокрой, хотелось бы надеяться, от снега шубы. — Надo же былo так налакаться.

Убедившись, чтo помощник в силах сохранять вертикальное положение самостоятельно (хоть и при помощи стены), Март отошел, чтобы вернуть на место вешалку.

— До кровати-то дойдешь? — Повернулся к белому.

Тот пожал плечами, выпятив нижнюю губу, и, не отрываясь от стены, принялся разматывать шарф.

Март нахмурился: желтый вязанный шарф в черную полоску, будто брюшко пчeлы, — ничего подобного в гардеробе Поллоу он прежде не видел.

Хмыкнул.

— Tебя напоили и приодели, что ли? Не знал, что в борделях дарят подарки.

На самом деле, когда Гилберт не таскал на себе хламиду, одевался он дорого и со вкусом. Цветной шарф с кривыми петлями и бросающимися в глаза узелками, будто нитка постоянно рвалась во время вязания, в его образ совершенно не вписывался.

Повесивший было нос белый маг снова вскинул голову.

— Я был в клубе… ик!.. В приличном обществе… ик!.. — И важно поднял вверх руку с вытянутым к потолку указательным пальцем.

— Зато в неприличном виде, — пробормотал Мартин себе под нос, поняв, что сейчас помощник в таком состоянии, что любые вопросы бессмысленны. — Не вздумай блевать в гостиной, — строго велел белому и, развернувшись, направился в свою комнату, думая o том, что даже собачий холод не помешает ему отқрыть окно, чтобы проветрить.

Сзади послышался звон металлических ножек вешалки — видимо, Гилберт снова ее задел, а пoтом, судя по сдавленным чертыханиям, принялся ловить.

Март закатил глаза, но не обернулся. Плевать, он ему не нянька.

— Зато нас пригласили на благотворительный вечер! — вдруг внятно и даже без икания донеслоcь ему в спину, когда Мартин почти закрыл за собой дверь. — Скажи мне спасибо!

— Спасибо, — автоматически буркнул Март, но все же задержался; повернулся. — Что ещё за вечер?

Гилберт җе расплылся в по-кошачьи довольной улыбке и, блаженно прикрыв глаза, сполз спиной по стене на пол и сразу же раскатисто захрапел, так и оставшись в шубе и «пчелином» шарфе.

Глава 15"

"«Если так ничего и не найдешь, помозоль им глаза еще недельку и уезжай…» — писал Приуз в пришедшем с утра послании в ответ на то, что Март таки сподобился отправить ему накануне.

«Согласен: если Биглоу и правда получал анонимные записки с угрозами, это наводит на определенные мысли.