— Может, это был отвлекающий маневр, и, доехав до леса, Жиль вернулась к горам?

— А вот сейчас и узнаем, — отозвался Март, наконец усмотрев то, что ему былo нужно. — Держи. — Вручил помощнику повод от своего коня и побрел по сугробам к огромному, шириной как минимум в три обхвата дереву.

— Ты куда? — не понял Поллоу.

— Спрашивать.

Вряд ли белому стало понятнее, но отвлеқать и донимать вопросами он не стал.

Добравшись до дерева, Мартин вынул из сапога нож и, прикинув место, принялся аккуратно срезать верхний слой коры.

Какой-то всесторонний северный заговор: обычно дерево-проводник можно встретить почти сразу при входе в лесной массив. А тут пришлось брести в самую чащу, пока удалось найти подходящее.

— Эй, ты же не будешь?.. — начал было Поллоу, но придушенно замолчал, когда Март на его глазах задрал рукав своего плаща и саданул лезвием по только этим утром исцеленному предплечью.

В темноте на фоне белого снега хлынувшая из раны кровь казалась совершенно черной.

Мартин остановил жестом рванувшегося было к нему белого и прижал руку разрезом к стволу.

— Здравствуй, Хозяин леса…

Ответом ему была сотрясшая землю дрожь — Χозяин услышал.

* * *Кое-где под деревьями снега намело выше колена, кое-где не больше чем по щиколотку, и идти было проще.

— Уф-ф, — шумно отдувался уже основательно выбившийся из сил светлый. — Одно… не… пойму… Почему нельзя было спрoсить этого… Хозяина… раньше.

— Нельзя, — отозвался Мартин через плечо.

Рассказывать о нюансах правил общения с лесной нечистью и о том, что для разговора с ней годится не каждое дерево, не было никакого желания. Потом, все потом.

Однако Поллоу не был бы Поллоу, если бы удовлетворился таким коротким ответом.

— А раньше? Когда искали банду черных после нападения со стрелами?

— Они прятались за рунами, Хозяин тоже их не видел, — напомнил Март, осторожно переступая через лежащее поперек пути дерево. Конь, упершись в него в темноте копытами, сперва заартачился, но поняв, что препятствие не слишком высокое, сдался и все-таки пошел следом. — Он и сейчас не сказал точное место, — продолжил Мартин, остановившись и дожидаясь спутника. — Сказал, что были «большой и маленький маги» и не выходили.

В ответ Гилберт оскорбленно запыхтел.

— Мог бы и место показать.

— Не мог. Это руны.

И, если Жиль закрылась ими, едва войдя в лес, ее не видит ничто живое.

— Подержи-ка еще. — Мартин снова вручил помощнику повод, а сам закрыл глаза и сосредоточился.

Естественно, никаких аур он не увидел — Жиль не была дилетанткой. Тем не менее…

— Что-то есть, пошли! — Вернув себе повод, он уверенно пошел вперед, забирая вправo.

Свежие, только-только нарисованные руны всегда вызывают қолебание магического фона — едва уловимо, на очень тонких слоях восприятия.