Только надобно понимать, что так долго вдали от земли родной находиться… это тоже вещь весьма нелегкая… не каждый без надлома душевного такое переносит. А они здесь уже более двадцати лет живут!

Проводник покосился в сторону официанта, и тот, неторопливо подойдя к столу, наполнил опустевшие бокалы. Поклонился и вернулся на свое место.

— Руководство объяснило мне, — взял в руки бокал старший лейтенант, — что те из них, кто согласится продолжить свою работу, будут аттестованы в НКВД с присвоением соответствующего звания. На них распространяется особый порядок выслуги лет.

— Вот как? — Проводник задумчиво повертел в руках полупустой бокал. — Хотите совет?

— Хочу.

— Не говорите им про НКВД. Всё-таки отношение к данной организации несколько неоднозначное, скажем так. Скажите — в рядах Красной Армии. Поверьте мне, это — существенная разница.

— Я передам ваши пожелания руководству.

— Учтите, в подавляющем большинстве они — офицеры Генерального штаба. Это — элита армии.

— Так и передам.

— Не затягивайте. Первая встреча назначена на пятницу.

— Сегодня у нас что? Понедельник? Успею.

— В таком случае — за успех! — Проводник опрокинул свой бокал.

Собеседник поддержал тост.

— Скажите, герр фон Мекк, а вот вы, как я понимаю, всё это время рядом с ними находились?

Проводник оценивающе посмотрел на старшего лейтенанта:

— Откровенность за откровенность — что вам обо мне рассказывали?

— Офицер разведки царской армии, изъявил желание оказать помощь СССР, для чего готов передать нам на связь глубоко законспирированных сотрудников царской разведки. Назвали ваш псевдоним, предупредили, что человек сложный, опытный и непростой. Со связями и возможностями.

— Хм! В целом верно. А относительно меня какие инструкции вам даны? Только не надо придумывать. Не хотите говорить — не говорите. Не обижусь, тоже, чай, не институтка.

— Пожалуйста. На вас распространяется то же предложение, что и на всех прочих. Зачисление в штат НКВД, аттестация согласно имеющемуся званию… всё то же самое. Ничего особенного именно в этом случае не предусмотрено.

— Вот что, господин Огенброк, давайте внесём ясность и в этот вопрос.

— Согласен.

— В своё время мною был получен четкий и недвусмысленный приказ. Предельно ясный и не допускающий никаких толкований. Сохранить жизни определённых людей для того, чтобы они могли, по миновании опасности либо по получении мною иного приказа, продолжить свою работу. Для этой цели мне были переданы в управление некие финансовые средства и сообщены имена и адреса этих самых людей."

"— Простите, что перебиваю вас, но кто должен был отдать вам такой приказ?

— Преемник генерала Сомова либо уполномоченное лично им лицо.