Лучше бы мне покончить с собой, прежде чем я дала брачные обеты столь злобному и гнусному человеку, как ты!

Рука Ранулфа взметнулась и с силой ударила ее по лицу, свалив на землю.

– В таком случае мы исправим все, что наделали. Завтра я уезжаю в Уэльс, а когда вернусь, чтобы духу твоего тут не было! – рявкнул он, и, вскочив на коня, умчался.

Лайонин несколько минут лежала, не в силах пошевелиться: кровь сочилась из уголка израненного рта. Она знаком велела сэру Брэдфорду удалиться, и юноша покорно уехал, оставив ее одну.

И только тогда хлынули слезы – слезы отчаяния и безысходности.

Она не хотела ему дерзить, но была не в силах справиться с собственной вспыльчивостью. Чего же стоят ее благородные намерения убедить его в своей любви? Муж прогнал ее, и больше она не сможет ничего ему доказать.

– Ранулф! – горестно вскрикнула она сквозь всхлипы. Завтра он покинет остров, и между ними все будет кончено.

Она вдруг села, глядя в пространство. Неужели ее зря назвали в честь львицы, и у нее не больше мужества, чем у грязного серва? Она не сдастся так легко!

Лайонин вытерла слезы и горько улыбнулась.

Как только его гнев уляжется, он больше не прогонит ее. Будь у нее больше времени, она сумела бы помириться с ним. Теперь она точно знала, что докажет свою любовь к нему.

Снова обретя цель в жизни, она вернулась домой. Столько дел придется переделать до завтрашнего утра!

Глава 8

Во внешнем дворе уже стояли груженые фургоны. Лайонин покрепче завернулась в рыжевато-коричневый плащ из грубой домотканой ткани и пониже опустила капюшон. Потребовалось немало хитрости, чтобы выполнить хорошо задуманный план, испортить который она просто не имеет права! Не хватало еще, чтобы кто-то из домашних узнал ее!

Новая служанка Кейт согласилась сделать то, что ей приказали, хотя Лайонин не раз ловила на себе ее странные взгляды.

Девушке предстояло объявить, что госпожа больна и ее нельзя беспокоить никому, кроме Кейт. К тому времени как обман будет обнаружен, Лайонин скорее всего уже успеет добраться до Уэльса.

А сейчас она притоптывала ногами и нервно куталась в плащ: на улице было очень холодно. Лайонин снова вернулась мыслями к задуманному. Что сделает Ранулф, когда она появится перед ним? Он сказал, что больше не желает ее видеть, и она многим рисковала, затеяв этот маскарад.

Жаль только, что у нее нет вещей, кроме крестьянского платья, того, что сейчас на ней. Но как она ни старалась, все же не сумела как следует спрятать узел с подбитыми мехом вещами. Фургоны постоянно проверялись воинами. Стоит им отыскать дорогие одеяния, как ее немедленно обличат, и страшно подумать, что тогда будет!

– Эй, девчонка!

Лайонин оглянулась и, увидев незнакомую женщину, поспешно нагнула голову.