И так понятно, что отличились близнецы — значит именно они следующие, кто займет почетную должность главы рода. По мне так справедливо. Я видела их чувства и помыслы, они преданны роду, как ни один из сыновей отца. И по мне, это даже круто, что не только мужчина будет верховодить, кто как не женщина лучше всего поймет чувства и желания, а также страхи и надежды другой женщины?

Главное не допустить того, чтобы Марс накинул на них свою удавку. Все же, эти родственнички мне третья плетень у забора. В общем, очень дальняя родня. И изначально Марс ими не занимался, по идее, у меня есть шанс вклиниться между ними. Нет, свою политику я проводить не собиралась. Но… я вдруг отчетливо поняла, что мне жить здесь. И на Землю меня уже никто не вернет. А значит, как минимум, враждовать нам точно нельзя. А еще лучше — подружиться.

С этим у меня, если честно, туго. Я не умела заводить друзей и никогда в них не нуждалась. Сытый голодного не поймет.

Медленно, но верно оставшиеся метки или знаки, не знаю, как их еще назвать, проявлялись над остальными участниками ритуала. Вот и дошло дело до последней и самой проблемной — Ламеи.

И вот тут-то нас всех тряхнуло. В прямом смысле этого слова. Земля задрожала, скрылась луна и все пространство вокруг погрузилось во тьму. Я не могла с собой ничего сделать испугалась так, как, наверное, ни разу до этого не пугалась.

Неизвестность всегда пугает больше, чем самый лютый ужастик.

— Что происходит? — хрипло спросила я.

Мне не ответили. Ни незнакомец, которого я перестала чувствовать, ни мой иллами… И это напугало меня еще больше.

— Феникс? Феникс, где ты? Ответь мне!

— Она должна была умереть, — вдруг заявил кто-то замогильным голосом. — Ты вмешалась.

— Кто вы? Что вам нужно?

Я не отличалась храбростью, но и молчать считала неразумным.

— Где мой иллами? Вы забрали его?

— Какая непочтительность, — заметил женский голос, — ты займешь ее место.

— А мне нравится, — еще один голос, от которого, чувствуй бы я свое тело, непременно бы покрылась мурашками. — Я против.

— Вот как, — женский голос сочился ехидством. — Что ж, ты будешь жить, если докажешь свое право на жизнь.

Слишком резко вернулась окружающая действительность. Свет, который резанул по глазам, звуки… Я с удивлением отметила, что лежу на песке, а возле меня стоит толпа людей и ругается. Самым натуральным образом. Они спорили. Яростно, грубо…

— Считаю ритуал незавершенным!  — явно не в первый раз восклицал блондин. — Самостоятельно она сделала лишь половину!

— Иллами тьмы имел право на призыв и помощь лорда Лейнарда. — Возразил ему кто-то из комиссии.

— Она выбрала лучших иллами, для каждого со стопроцентной совместимостью. Не пожалела ни сил, ни магии…— еще один голос.