— А! Чернов, — ответил мне жизнерадостный женский голос. — Давайте-ка, дуйте ко мне. Со всех ног. Сейчас выпишу вам пропуск.

«Со всех ног» я не «дунул» — поехал на мотоцикле.

* * *Заглянул в кабинет следователя — увидел там свою старую знакомую. Та сидела за письменным столом, что-то увлечённо записывала. Среагировала на стук — подняла на меня глаза, улыбнулась.

— Сергей Леонидович! Проходите, присаживайтесь. Напротив меня. Быстро вы добрались. Доехали на мотоцикле?

— Так точно, — ответил я.

Уселся на деревянный стул со спинкой.

Следователь положила на стол ручку, посмотрела мне в глаза. Всё ещё улыбалась.

— Сергей Леонидович, — сказала она, — поздно уже. Мой рабочий день почти закончен. Не задерживайте меня. Давайте-ка вы сейчас сами по-быстрому напишете чистосердечное признание. Нет, правда, ну а какой смысл с этим тянуть?

Глава 24

В кабинете следователя пахло крепким чаем и табачным дымом (этот запах казался старым, будто сохранился тут ещё со вчерашнего дня). А вот запаха духов я не почувствовал, хотя из-за стола на меня смотрела нестарая и симпатичная женщина. Я видел, что в похожих сейчас на зеркала стёклах окон отражались заваленные папками и канцелярскими принадлежностями столы, невзрачная люстра и большой металлический сейф (на котором стояли два гранённых стакана и стеклянный графин). Заметил я в окне и своё отражение. Невольно подумал, что мой взгляд сейчас походил на взгляд Феликса Эдмундовича Дзержинского, чей (обрамлённый узкой деревянной рамкой) портрет висел на стене позади внимательно смотревшей мне в глаза женщины следователя.

Я вздохнул, протянул к столу руку и сказал:

— Уговорили. Напишу. Какой из моих грешков заинтересовал следствие?

— Сергей Леонидович, а у вас их много?

Следователь снова улыбнулась.

Я пожал плечами.

— Ну, это смотря, с чьими грехами сравнить. Я взрослый мужчина. Не урод. И не женат. Поэтому грешу… время от времени. То с одной гражданкой, то с другой. Не отрицаю этого. Чистосердечно признаюсь.

Следователь кивнула.

— Охотно верю, Сергей Леонидович, — сказала она. — Но мы с вами не на заседании комитета комсомола. И меня сейчас не интересуют ваши амурные дела.

Она положила руку на стопку бумаг, что лежала на столе.

— Мне передали дело о нападении на гражданина Сельчика Вениамина Игоревича. Сергей Леонидович, что вы мне о нём скажете?

— О деле? Или о Венчике?

— О том и о другом.

— Они существуют, — сказал я. — Это единственное, что мне достоверно известно.

Следователь сощурила глаза.

— Это значит, что в нападении на гражданина Сельчика вы не признаётесь? — спросила она.

Я вскинул руки и ответил:

— Простите, но Венчик не женщина. С ним я точно не грешил.

Следователь вздохнула.

— Сергей Леонидович, хотите, я расскажу вам, как всё произошло? — спросила она.