Котова вздохнула, покачала головой.

— А если тебя найдут? — спросила она. — А если узнают, что это ты избил этой ночью Сельчика. Если Венчик всё же проболтается. Или Рауде. Серёжа, тогда… тебя посадят в тюрьму?

— Всё будет хорошо, Лена, — пообещал я. — Не переживай. К случаю с избиением Сельчиком я подготовился. Поэтому меня не посадят. Сейчас у меня всё под полным контролем. Точнее, почти всё.

— А что ты сделаешь с фотографиями?

Лена снова воткнула ложку в шарик мороженого.

— Есть у меня на них кое-какие планы. Но точно решу, когда увижу эти фото.

— Ты думаешь, на них Инга? — спросила Котова.

Она пристально посмотрела мне в глаза.

Я кивнул и ответил:

— Почти не сомневаюсь в этом.

— Ты Рауде эти фотографии покажешь?

— Зачем? — сказал я. — Услышать рассказы Кирилла — это одно. А увидеть своими глазами подтверждение тем рассказам — совсем другой уровень стресса. Боюсь, что психика Инги такого не вынесет.

Котова хмыкнула.

— Если тебя из-за Рауде арестуют, я расклею эти фотки по всему институту, — пообещала Лена. — Даже если меня за это исключат… отовсюду. Клянусь! И плевать я хотела на её психику.

Глава 21

В кафе «Солнышко» мы с Леной Котовой пробыли больше часа. Ели мороженое, пили молочные коктейли и разговаривали. Такой говорливой я Лену давно не видел. Сегодня она мне напомнила Риту Баранову.

Котова сообщила, что Торопова всё ещё переживала расставание с Артурчиком. Но рыдала Наташа теперь реже, временами даже улыбалась и шутила. И уже общалась с Ларисой Шировой, пусть и не слишком приветливо.

Лена предположила, что Кирилл и Инга теперь тоже расстанутся. Сказала, что не видит в этом трагедии. Потому что моему брату нужна была «совсем другая» женщина, которая бы доверяла ему, и которой мог бы довериться Кирилл.

А ещё Лена рассказала, что получила сегодня письмо от Насти Бурцевой. Анастасия, как и обещала, официально пригласила нас на зимние каникулы в Москву. Не только меня и Лену: позвала она и Наташу, и Кирилла, и Артурчика.

После кафе я отвёз Котову в общежитие; а затем сам поехал в посёлок к родителям. Оставил там взятый в квартире Сельчика фотоаппарат, пообщался с папой и с мамой. В Красный переулок я приехал за час до полуночи.

* * *В предыдущий раз я посещал Светочку ещё летом. Но теперь точно и не помнил, когда именно это случилось. Знал лишь наверняка: после сентябрьского «перелома руки» я к Светочке не наведывался. Поэтому сразу же увидел произошедшие в переулке изменения. И новые автомобили, что притаились рядом с домом, где снимала квартиру Света Ельцова. И кучки яркой разноцветной осенней листвы на газонах. Заметил, и что один из каштанов в Светочкином дворе недавно спилили — на его месте теперь красовался окружённый высокой пожелтевшей травой чуть склонившийся вбок пенёк.