Увидел аккуратно развешенную на деревянной спинке стула вязанную бежевую женскую кофту — точно такую же я видел сегодня в институте на Инге.

— Чёрный… — прошептал Кирилл.

Он решительно вскинул руку… но не договорил. Потому что в уборной зашумел сливной бачок унитаза. Мы с Киром одновременно повернули лица в направлении двери уборной (за которой шумно лилась вода) — дверь подалась нам навстречу, резко распахнулась. Свет из уборной проник в прихожую, стёр тени у моих ног. Навстречу мне и Кириллу решительно шагнул темноволосый, кареглазый парень — невысокий, но широкоплечий, наряженный в длинный (чуть ниже колен) тёмно-синий халат, украшенный золотистыми узорами.

Я заметил, что не завязанный узкий пояс безвольно висел по бокам его халата. Свисал не только пояс. Мы с Кириллом опустили взгляды — невольно убедились, что трусы Веня Сельчик под халат сегодня не поддел (или же он снял их перед нашим приходом).

— Чёрный? — удивлённо произнёс Венчик.

Он остановился. Затаил дыхание. И даже пугливо отшатнулся при виде нас."

"«Вот они минусы популярности: узнают даже голые мужики», — промелькнула у меня в голове мысль.

Я с Венчиком тоже не поздоровался — я молча шагнул ему навстречу и вполсилы пробил «двоечку» (в лоб, в челюсть). Тут же подхватил обмякшее тело хозяина квартиры, помог ему осесть на землю; сберёг затылок главного комсомольца МехМашИна от встречи с порогом уборной. Неспешно убедился, что Веня не проглотил язык. Прислонил секретаря комсомольской организации спиной к стене (его подбородок уткнулся в воротник халата). Услышал, как у меня за спиной выругался мой младший брат (отметил, что такие яркие фразы Кирилл раньше при мне не произносил). Обернулся и заверил братишку, что «всё в порядке». Выпрямился, стёр о халат со своей ладони Венину слюну.

— Чёрный, ты с ума сошёл? — снова поинтересовался Кир. — Что ты творишь?!

Он нервно закусил губу, сжал кулаки. Смотрел на меня исподлобья. Будто готовился к схватке.

— Сейчас и ты, малой, с ума сойдешь, — пообещал я.

Убедился: Венчик пока не очнулся. Оставил бесчувственного хозяина квартиры в шаге от двери в уборную, прошёл мимо застывшего посреди прихожей младшего брата.

В уличной обуви я протопал по ковровой дорожке в освещённую всеми пятью лампами люстры гостиную. Окинул комнату взглядом.

Подумал: «Как интересно».

— Иди сюда, малой, — позвал я. — Только не разувайся.

Глава 18

В гостиной квартиры Сельчика помимо остаточного запаха женских духов чувствовался и винный душок. Шёл он не только от пустых бутылок, притаившихся под прикрытым тюлевой шторой окном.