На умственных способностях потеря нижних конечностей никак не скажется, не так ли?

– Ты…

– Либо начнешь отвечать на вопросы, либо прямо сейчас тебе экстренное хирургическое вмешательство организую, – пригрозил я. – Повторяю: насколько продвинулись ваши исследования?

– Да почти не продвинулись, – сразу поверил в мою угрозу съежившийся парень.

– Откуда знаешь? Не имел же отношения?

– Я переработку и распределение контролировал. – Хромой потер рассаженный лоб. – Поступления из детского блока изменялись, только когда кого-нибудь нового завозили. Или вывозили…

– Блин, самому-то не противно было? Это же дети! – Меня даже перекорежило.

– Я пытался уйти. Чем эта попытка закончилась, ты знаешь.

– Получил щелчок по носу и обратно в конуру, – понимая, что порю чушь, не смог сдержаться я. На самом деле – не мне его судить. Как там в писании сказано? Не судите и далее по тексту…

– Лучше было с голоду сдохнуть?

– Проехали, – отошел я к окну и присел на подоконник. – Сколько же энергии вы получали от детей, если у вас во всех коридорах лампы горели? И это называется «почти не продвинулись»?

– Детский – это экспериментальный блок был. Его на случай пробоя держали, – посмотрел мне в глаза Хромой. – Основное поступление по «нитке» шло.

– Какая еще «нитка»? – насторожился я.

– Не знаю, кто договорился, похоже, сам Громов, но к нам энергетическую линию завели, – объяснил парень. – И не сырую, которую ужимать замучаешься, а уже обработанную.

– Откуда завели?

– Никто не знал, она под землей тянулась, – ответил коммунар.

– Ври дальше, – распорядился я.

– А что дальше? Я переработку энергии контролировал: часть мы в артефакты заливали, оставшуюся в электричество пережигали.

– И какой у вас капэдэ переработки был?

– Что-то около девяносто восьми процентов, – ошарашил меня Боря.

– А мощность потока какая шла?

– Обычно двести карат в секунду, но на пиках и за шестьсот зашкаливало, – сознался коммунар.

– С нуля аналогичное оборудование изготовить сможешь? – Я едва сдержался, чтобы не потереть от азарта руки.

– Нет, я же программным обеспечением да калибровкой амулетов занимался. А там технология целая.

– Хреново, – расстроился я. – Ты же понимаешь, Боря, что твою ценность как консультанта это здорово снижает. Может, хоть, откуда к вам «нитку» перебросили, расколешься?

– Да не знаю, сказал же! И никто, кроме Громова, не знал. Как он к нам пришел, так все и началось. Братство ничего выяснить именно поэтому не смогло.

– Обожди, – почесал мочку уха я. – Братство энергетическая линия интересовала?

– Их много чего интересовало, и она в том числе. В последнее время наших начали хватать прямо на улице.