Лорел достала фотографии черных георгинов на крыльце, а также одну из фотографий машины жертвы с некоей надписью на заснеженном лобовом стекле.

– Она дала это вам?

– Да.

– Что там написано на стекле?

Зелло пожал плечами.

– «Сдохни, сука, сдохни». Так мы решили, хотя на самом деле разобрать было трудно. И еще ей казалось, что кто-то несколько раз стирал снег с ее машины. Она призналась, что и не стала бы говорить нам об этом, если бы не все остальное. Примерно за три недели до этого ей прокололи шины, но она обратилась в мастерскую и даже не сделала фотографий.

Очевидно, у нее была пара пациентов со склонностью к насилию, и, кроме того, ей приходилось работать в районе Сиэтла, где преступность резко возросла в последнее время. Поэтому она и не подала заявления.

Лорел наклонилась вперед.

– Доктор Рокс сказала что-нибудь еще? Что-нибудь, чего нет в ваших отчетах или заметках?

Полицейский выдохнул.

– Не думаю. Я все подробно записал и даже задокументировал факт прокола шин, хотя она не хотела, чтобы это было в отчете. Больше она о своих клиентах ничего не сказала. Доктор Рокс трижды была замужем, но уверяла, что ни один из бывших не стал бы ее преследовать.

Последние годы она ни с кем не встречалась и ни с кем не расставалась.

Полицейский совершенно определенно выполнил свою работу на отлично и сделал все, что мог, для установления личности преследователя."

"– Не могу поверить, что это произошло. – Он потер лицо руками. – То есть я чувствовал, что она в опасности, но не считал, что опасность настолько велика. И вот теперь свояченица мэра убита тем же психом, ведь так? Это какое-то безумие. Обе были хорошими женщинами, а теперь они мертвы.

Мы должны поймать этого парня.

Лорел убрала фотографии обратно в папку.

– Вы знали Шэрон Лэмбер?

Зелло расправил плечи.

– Да, мы все ее знали. Большинство сотрудников добровольно участвуют в ежегодном благотворительном аукционе, и она следила за тем, чтобы нас кормили во время мероприятия. А потом еще приносила пиццу и печенье в знак благодарности. Очень достойная леди. – Он поправил значок на груди. – Не понимаю.

Лорел постучала по папке, выравнивая бумаги.

– Вы знаете Эбигейл Кейн? Она профессор в технологическом институте Северного Вашингтона.

– Нет, извините. Она еще одна жертва?

– Нет. – Лорел поднялась. – Не странно ли, что именно вы все три раза принимали заявления доктора Рокс? Полагаю, вы здесь не единственный дежурный офицер?

Зелло покачал головой.

– Нет, ничего странного. После первого раза она в следующий сразу спросила обо мне. Наверное, потому, что знала, что я верю ей и хочу помочь.

Логика в этом была. Лорел прижала папку к груди.

– Вы хорошо поработали над этим делом, офицер Зелло.